Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. У Дворца независимости заметили людей в форме, скорые и МЧС. Узнали, что происходит
  2. Сможет ли армия РФ захватить Часов Яр к 9 мая и почему российское командование уверено в этом — анализ экспертов
  3. Уровень цинизма зашкаливает: власти продолжают «отжимать» недвижимость осужденных по политическим статьям. На торги попали новые объекты
  4. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  5. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  6. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  7. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается
  8. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  9. Эксперты предупредили беларусов, чтобы готовились к скачку цен. Недавно Лукашенко признался, что не знает, чем закончится эксперимент
  10. Как обострение на Ближнем Востоке и новые санкции повлияют на курсы доллара и евро? Прогноз по валютам
  11. В Бресте скоропостижно умер высокопоставленный силовик, который руководил разгоном протестов в Пинске. Ему было 47 лет
  12. Почему в Пинске так много змей на набережной и откуда появились гадюки на грядках, объяснил ученый
  13. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от двух месяцев до шести лет
  14. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  15. СК начал спецпроизводство в отношении бизнесмена, который входил в топ-200 самых влиятельных предпринимателей
  16. Большой секрет Василевской. Власти старательно скрывают, в каком университете училась первая беларусская космонавтка, но мы это выяснили
  17. В двух беларусских театрах происходят массовые увольнения актеров и сотрудников
  18. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  19. «Он пошел против власти, а вы нет — вы хорошие». Монолог освободившегося из самой строгой колонии страны, где сидит Статкевич


С начала войны более миллиона беженцев из Украины прибыли в Германию. В Берлине катастрофически не хватает жилья для украинцев, но готовность помогать им по-прежнему высока, пишет Deutsche Welle.

Фото: DW
Фото: DW

По терминалу С бывшего берлинского аэропорта Тегель с громким криком и смехом бегают дети. И это первое, что бросается в глаза. На их фоне находящиеся рядом с ними взрослые ведут себя очень тихо. Некоторые сидят возле розеток, ожидая пока зарядятся их мобильные телефоны. Другие едят за одним из длинных деревянных столов. Самыми спокойными кажутся те, кто, очевидно, только что приехал и ожидает регистрации.

Жизнь на взлетно-посадочной полосе

В здании бывшего аэропорта был построен первичный центр приема мигрантов, ищущих убежище, и для спасающихся от войны беженцев из Украины.

— У нас есть 600 мест для просителей убежища, а в терминале С — еще 1600 мест для украинцев, но сейчас они все заняты, — говорит Детлеф Квойдзински из немецкого Красного Креста (DRK), который вместе с другими гуманитарными организациями управляет центром первичного приема. — Ситуация сложная, поэтому сейчас нам также приходится размещать людей в больших палатках.

Фото: DW
В этом павильоне могут разместиться до 400 человек. Фото: DW

Два временных жилых помещения — на 400 человек каждое — стоят на бывшей взлетно-посадочной полосе. Ревут генераторы, нагоняя теплый воздух через толстые шланги внутрь белых палаток. Внутри еще теснее, чем в жилой зоне в терминале, но структура та же: белые и серые перегородки разграничивают ниши, в которых друг рядом с другом стоят двухъярусные кровати.

— Пожалуйста, не фотографируйте, — говорит сотрудник DRK.

Домашним животным здесь тоже рады

Гуманитарные организации делают многое для того, чтобы облегчить пребывание беженцев в местах массового размещения. Здесь есть множество волонтеров, переводчики, медицинская и психологическая помощь, трехразовое питание, вещевой склад и уход за детьми.

— Каждый день сюда прибывает около 40 собак, кошек и других домашних животных. Мы заботимся и о них, — говорит сотрудник DRK Детлеф Квойдзински.

На самом деле, пребывание в месте первичного приема должно быть ограничено тремя днями. Но сейчас иногда оно затягивается на восемь и более дней. В настоящее время более 3000 беженцев от войны и просителей убежища ожидают в двух берлинских центрах первичного приема перевода в обычное жилье. И их число растет.

В Берлине социального жилья нет

Земельное управление по делам беженцев (LAF) в настоящее время не в состоянии «с необходимой скоростью» реагировать на «чрезвычайно сильный рост» числа лиц, ищущих убежища, и растущие потребности украинских беженцев", — бьет тревогу берлинский сенатор по вопросам интеграции Катя Киппинг.

Мест для проживания «не хватает» — несмотря на дополнительные «приобретения, продление сроков, уплотнение, аренду гостиниц». Поэтому в качестве экстренного решения до конца года планируется создать 10 000 дополнительных мест в павильонах и палатках. В том числе, и на взлетно-посадочной полосе аэропорта Berlin-Tegel.

Фото: DW
Большие палатки прямо на летном поле бывшего аэропорта. Фото: DW

Берлин — один из городов Германии, где особенно много беженцев от войны. В настоящее время зарегистрировано 85 000 человек. Однако большинство украинцев нашли жилье частным образом, только 3000 из них зарегистрировались в управлении по делам беженцев, нуждаясь в жилье. В LAF этим очень довольны, несмотря на то, что в центры приема прибывает все больше беженцев, которые больше не хотят быть обузой для приютивших их людей.

Две недели превратились в восемь месяцев

Анна Бобракова и двое ее сыновей также долгое время проживали в частном доме. Все трое родом из Донбасса. Когда там в 2014 году началась война, бежали в Киев. Восемь лет спустя война снова настигла их, и они отправились в путь во второй раз. На главном железнодорожном вокзале Берлина немецкие волонтеры предложили им пока пожить в их доме.

В течение восьми месяцев они жили в гостевой семье.

— Мы очень благодарны, но пришло время уезжать, — говорит Анна. — Даже несмотря на то, что мы все очень грустили и плакали, когда съезжали.

Сейчас украинка живет со своими сыновьями в гостиничном номере, арендованном у земли Берлин. Но там она должна решать все вопросы самостоятельно, а это не так просто. Она по-прежнему нуждается в помощи переводчика: в повседневной жизни и при посещении госструктур.

Церковь спешит на помощь

Анна находит эту помощь в протестантском приходе Святого Марка в Берлине. Приход участвует в помощи беженцам с начала войны и здесь временно могут находить приют до ста человек. В приходском зале установлены кровати, есть склад одежды, в нескольких кладовых хранятся пожертвованные вещи и продукты, а готовить можно на трех кухнях.

Фото: DW
В церкви Святого Марка находят убежище до 100 человек. Фото: DW

Виктория Чумак из Украины жила в приходе Святого Марка в течение шести месяцев. И все это время не теряла надежды, что скоро сможет вернуться в свой родной город, что южнее Одессы. Они начинали путь вчетвером, но на границе 20-летняя дочь Виктории заявила, что не хочет покидать родину.

— Мне пришлось выбирать между моим 14-летним сыном, матерью-инвалидом и дочерью, — говорит Виктория.

Страх — постоянный спутник

Каждый день она боится за свою дочь.

— Бывают дни получше и похуже. Сегодня плохой день, потому что по Украине вновь выпустили много ракет, — говорит 41-летняя женщина, на ее глаза наворачиваются слезы.

Виктория все еще надеется, что ее дочь тоже приедет в Берлин. В то же время ее сын так хорошо устроился в Германии, что хочет остаться здесь навсегда, и ее 72-летняя мать тоже не хочет возвращаться в раздираемую войной страну.

Это связано с тем, что эти трое нашли себе квартиру. Это абсолютное исключение, говорит Александр Вебер, который помогает беженцам в приходе Святого Марка. «Это единственное социальное жилье, которое мы смогли организовать с начала войны», — указывает он.

Против кремлевского нарратива

Вебер помогает беженцам с самого начала войны. 37-летний научный редактор с 1990 года живет в Германии.

— Как русский по происхождению, я чувствую свою ответственность и хочу доказать: то, что говорит Кремль, не соответствует действительности, — объясняет он.

Фото: DW
Для Александра Вебера и Виктории Абакумовски помогать беженцам — насущная потребность. Фото: DW

Жена Вебера Виктория Абакумовски чувствует то же самое.

— Дома мне хочется лезть на стены, — говорит она, — так что я лучше буду здесь, давать уроки немецкого, слушать наших гостей, держать их за руки и плакать вместе с ними.

Те, кто бежит из Украины, привозят с собой свой опыт и травмы. В приходе Святого Марка пытаются помочь им смириться с многочисленными ужасными переживаниями, беседуя с ними. Помощникам тоже приходится нелегко.

Одежда для мертвых

Иногда ужас слишком велик.

— Однажды сюда вошла женщина, которой явно было плохо. Она была очень бледна и сначала не хотела говорить. Мы узнали, что она направлялась в Украину и хотела взять из нашего склада вещи для четырех человек, — рассказывает Вебер. На вопрос, для мужчин это или для женщин и какой размер необходим, украинка неоднократно монотонно отвечала, что это не имеет значения.

Наконец, по словам Вебера, выяснилось, что семья женщины из четырех человек была расстреляна российскими военными и все члены семьи были найдены обнаженными в братской могиле.

— Женщина ехала в Украину, чтобы одеть и похоронить тела, — говорит он.