Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Беларус, которого депортировали из Польши на родину, выступил по госТВ
  2. «Думал, беларусы — культурные люди, но дикий народ!» Репортаж с известного на всю Беларусь украинского рынка в Хмельницком
  3. «Пришел пешком с территории Беларуси». Польские пограничники прокомментировали «Зеркалу» инцидент с депортированным беларусом
  4. «П**дец, что был при Залужном, сейчас сильно аукается». Интервью с беларусом-танкистом о трофейной технике РФ и проблемах на фронте
  5. ГУБОПиК задержал за взятки топ-менеджера БелЖД. При обысках у него нашли в тайниках свыше 3 млн долларов
  6. Пашинян заявил, что ни он, ни какой-либо другой армянский чиновник не посетит Беларусь, пока президентский пост там занимает Лукашенко
  7. На рынке труда — «шторм». Лукашенко отправил решать проблему нового министра — кто стал главой Минтруда
  8. Украина развернула целую кампанию и активно наносит удары по системам российской ПВО — вот для чего она это делает
  9. Лукашенко провел кадровые рокировки среди главных идеологов
  10. На рынке труда — «пожар», а власти подливают «горючего». Если у вас есть работа и думаете, что вас проблема не касается, то это не так
  11. Нацбанк опасается «землетрясения» на валютном рынке, а тут еще пришла «санкционная» новость из России. Усиливает ли это риски для нас?
  12. «Мы не понимаем, при чем здесь Беларусь». Минск отозвал своего посла из Еревана, чтобы разобраться, что происходит в Армении


Точной цифры украинских военнопленных, которые сейчас находятся в России, нет, но речь идет о тысячах человек. Часть из них содержатся на оккупированных территориях Донецкой и Луганской областей, однако большинство вывезли на территорию РФ. Украинская правозащитная организация «Медийная инициатива за права человека» (МИПЧ) идентифицировала 42 места содержания украинских пленников в России — это следственные изоляторы и исправительные колонии. Они расположены как в приграничных с Украиной областях, так и в глубине страны. МИПЧ собрала свидетельства о том, как там обращаются с военнопленными украинцами.

Фото: t.me/ermaka2022
Украинский военнослужащий после освобождения из плена. Фото: t.me/ermaka2022

Пленение и «приемка»

Подавляющее большинство освобожденных в результате обменов рассказывают о том, что сразу после пленения украинских военнослужащих бьют, допросы также проходят с применением физического насилия. Первые несколько дней их держат в подвале, яме или во временном лагере для военнопленных. Затем развозят по местам постоянного содержания — в СИЗО или колонии. Везут в переполненных грузовиках, с завязанными глазами и руками, без еды, воды, при этом часто также применяют к ним физическое насилие.

По приезде в СИЗО начинается процесс «приемки». Как говорят бывшие пленники, он повсюду одинаков и проходят через него все, независимо от пола, возраста и состояния здоровья. Даже пленные с серьезными ранениями, боевые медики и люди с ампутированными конечностями. Людей выводят из машин и заставляют бежать ко входу в тюрьму через строй спецназовцев, которые их бьют электрошокерами и дубинками по разным частям тела — чаще по спине и ногам.

Освобожденный в результате обмена в мае 2022-го Александр (имя изменено по просьбе свидетеля), описывая процесс попадания в СИЗО № 2 в Брянской области, говорил, что их вытаскивали из машины и пинали ногами ко входу в тюрьму: «Мы падали. Только встаешь, опять ногами пинают. Голову надо опустить, на тебя кричат, собаки лают… Кого собака достанет — от того кусок оторвет».

«Во время приемки мне поломали все ребра, одно до сих пор торчит. Нас всех сильно били, ноги синие были. Месяц заживало все, не мог лечь и встать с постели», — рассказал бывший военнопленный Владислав, также находившийся в этом СИЗО.

Гимн в 6 утра, обыски и избиения

У военнопленных берут отпечатки пальцев и образцы ДНК, фотографируют, выдают тюремную робу, забирают личные вещи и разводят по камерам.

В камерах могут находиться от 2 до 20 человек. При этом все они переполнены — часто устанавливают дополнительные нары. Кому не хватило места в камере, могут отправить в карцер в одиночку. Но и там могут находиться до четырех человек.

В колониях украинских военных размещают в бараках, где в больших комнатах, рассчитанных на 10−50 человек, содержится до 100 человек. В колонии у пленных немного больше свободы, чем в СИЗО: на прием пищи их ведут в столовую, а каждый барак имеет свой внутренний двор.

Правила для военнопленных везде одинаковы. Подъем в 6 утра с обязательным исполнением гимна России — каждый пленник должен знать его наизусть. В течение дня сидеть на кроватях строго запрещено, в каждой камере должен быть дежурный, отвечающий за порядок и посуду. Дважды, а иногда и трижды в день в камерах устраивают проверки на наличие запрещенных предметов.

«Работник СИЗО входит внутрь, обстукивает молотком стены. В течение дня пленники обязаны стоять в камере и не двигаться. Если кто-то начинает ходить, забегают спецназовцы и бьют их. Присесть разрешают всего на несколько минут во время завтрака, обеда и ужина.

Когда я был в камере на третьем этаже, нас били ногами в берцах. Они заставляли нагибаться очень низко. Больше доставалось высоким ребятам, которые физически не могли так низко нагнуться», — рассказал бывший военнопленный Владислав.

Узник СИЗО № 2 по Волгоградской области Олег рассказывает, что первые три месяца пребывания были самыми трудными. Над всеми пленными жестоко издевались, их все время избивали, тела были покрыты гематомами. Во время обороны Мариуполя Олег получил пулевое ранение в живот, однако его все равно били. «Я, честно говоря, еще легко отделался, потому что был тяжелораненым и меня не так сильно избивали. Однако и спина была синяя, и все ребра в гематомах». Со временем администрация СИЗО, по его словам, запретила охране избивать украинских военных подручными средствами, так что в ход пошли электрошокеры, которые оставляют меньше следов.

«Каждый раз, когда тебя выводят из камеры, тебя бьют», — говорит сидевший в СИЗО № 1 по Воронежской области Сергей. Он рассказал МИПЧ, что мужчин очень часто бьют деревянными дубинками, а еще охранники Воронежского СИЗО № 1 любят применять электрошокеры, полностью разряжая их на пленных — порой, говорит, был слышен запах горевшей плоти. Сергею в СИЗО сломали нос, выбили коленный сустав и повредили спину, поэтому после освобождения из плена ему тяжело стоять и даже сидеть.

«Женщины — работницы СИЗО очень злые. Они могут схватить за волосы и ударить головой о стенку», — рассказала о порядках в СИЗО № 1 по Курской области военнослужащая Анна. По ее словам, в шестиместной камере их было 11. За месяц пребывания в изоляторе в душ их водили три раза. На все — 5 минут, никаких средств личной гигиены не давали.

Все задокументированные свидетельства бывших пленных объединяет факт системного применения в отношении украинских военных физического и психологического насилия, говорят в МИПЧ. Это происходит почти круглосуточно. Интенсивность побоев увеличивается во время еды, посещения душа и проверок камер. Даже прогулки превращаются в пытки — на пленных могут натравить собак. Задокументированы и случаи пыток во время допросов.

Допросы

Допрос — еще одна обязательная процедура в российском плену. Их проводят военные, работники мест содержания, Федеральной службы безопасности и Следственного комитета РФ. Обычно пленные не знают, с представителем какого ведомства общаются, так как те одеты в военную форму, но без шевронов и погон. Когда военнопленным дают подписывать протоколы, фамилию допрашивающего закрывают.

Интересуют следователей в основном одни и те же вопросы: о «Правом секторе» и полке «Азов», участие иностранных наемников в войне, создание биолабораторий. То есть, как отмечают правозащитники, спрашивают обо всех фейках, распространяемых российской пропагандой. Цель допросов — не получить объективную информацию, а заставить человека взять на себя вину, придуманную тем, кто проводит допрос.

«Со мной в камере сидел мужчина. Его каждый день водили на допросы, это были абхазы, его избивали. Они сказали, что будут бить, пока он не подпишет. Топили его в воде, бросали тряпку на лицо и заливали водой. Так каждый день делали, в результате он подписал признание. Затем ему следователь сказал, что он это придумал, но так нужно», — рассказал бывший пленник, несколько месяцев проведший в следственном изоляторе № 2 Таганрога.

Узник СИЗО № 2 по Волгоградской области Олег допрос описал так: «Тебя начинают душить, бить электрошокерами, применяют тапик (пытка электрическим током с помощью полевого телефона. — Прим. ред.), вдобавок тебя бьет спецназ. Ты начинаешь задыхаться, они приводят тебя в чувство. И так повторяется несколько раз по кругу. Потом они дают закурить и говорят: „Если будешь врать, то все повторится“».

«Первый вопрос: „Чей Крым?“ Я не знал, что отвечать, сказал, что крымских татар. Это был неправильный ответ. И вот я уже лежу на полу, меня избивают. Снова поднимают, спрашивают: „Кто такой Путин?“ Отвечаю: „президент“. Неправильно, снова уложили. „Президент вашего будущего государства“, — объясняют мне. Дальше спрашивают, кто такой Зеленский. Говорю: „Мой президент“. Кричат: „Неправильно, пид***с“. Тогда я узнал, что такое электрошокеры», — вспоминает о своих допросах пленник СИЗО № 2 по Рязанской области Сергей.

По словам военного, этот допрос проводил представитель ФСБ. Хуже было, когда за дело брался спецназ: «Тебя бросают в комнату, твои глаза всегда должны смотреть в пол. Перед тобой стоят шесть здоровых типов, все профессионалы, знают, что спрашивать, как спрашивать, куда бить. Били профессионально: почки, внутренняя часть бедра, электрошокером — в шею, в позвоночник, пах, уши». Сергея допрашивали 11 раз, девять из которых избивали. Как-то мужчину настолько сильно избили, что в течение двух месяцев он ничего не мог делать правой рукой.

Пытка голодом

Во многих случаях пыткой бывшие военнопленные называют питание в местах заключения. Очень часто на прием пищи дается 2−3 минуты, блюда очень горячие, поэтому пленники все время ходят с обожженным ртом. При этом еда очень низкого качества, большинство освобожденных за время нахождения в плену теряли от 10 до 30 килограммов. Люди говорят, что в плену все время были голодны. Единственное, что помогало выживать, — это хлеб. Опрошенные рассказывали МИПЧ, что обед (а это водянистый суп, рагу и кусок хлеба) мог умещаться в половине алюминиевой кружки.

«Мы как засыпали голодные, так и просыпались голодные. Я вернулся из плена минус 18 кг. Это через два месяца», — свидетельствует бывший заложник Александр.

«Они всю нашу еду сами съедали. Мы слышали, как охранники сидели у нашей камеры и чавкали. Могло получиться, что у меня в тарелке 2−3 ложки каши, а остальное — вода», — рассказали МИПЧ пленные Курского СИЗО № 1.

«Из-за маленьких порций (даже чая наливали не более 100 граммов) и низкой калорийности рациона все без исключения быстро теряют вес. У нас многие вернулись оттуда с дистрофией», — рассказал сидевший в колонии № 1 по Тульской области Василий. Еще один военнопленный Виталий за 11 месяцев потерял более 35 кг.

Медицинская помощь

Медицинская помощь в колониях и СИЗО, как правило, некачественная или ее вовсе нет. Почти все, кого опросили представители МИПЧ, утверждают, что обычно просьба о медпомощи завершается избиением, поэтому те, кто в ней нуждается, предпочитают молчать. Люди также рассказывают, что чаще всего медработники игнорируют просьбы военнопленных, а когда приходят, то вместе с выдаваемыми лекарствами охрана выписывает собственное лечение — несколько ударов дубинкой. Физическую силу к больным могут применять и сами медики.

Военнопленный Олег из СИЗО № 2 города Камышина вспоминает случай, когда одному из пленников перевязывали раненую ногу. Говорит, что в то же время охранник бил этого мужчину электрошокером в спину.

«У нас был гражданский, ему где-то за 50. У него была операция на сердце, ему нужны были таблетки, которые разжижают кровь. Пришел врач и очень сильно избил его дубинкой. Мы слышали, как он сказал: «Ну что, я тебе разжижил кровь?» — рассказал об ИК № 12 по Ростовской области бывший военнопленный.

«В начале октября все начали болеть дизентерией, они не знали, что с этим делать. Сначала нам приносили таблетки, потом стали вызывать в лазарет. Ты туда заходишь, тебя ждет молодой парень с дубинкой, ты берешь эту таблетку, получаешь 3−4 удара по спине, потом — по рукам. Так они пытались нас проучить, чтобы мы не пили воду из крана. Вот так нас лечили», — рассказал еще один военный.

Гибель в плену

Без должного питания и из-за постоянного избиения у многих пленников не выдерживает сердце, случается, что на приемке конвоиры не рассчитывают силу, с которой бьют украинских военных, говорят правозащитники.

В сентябре 2022 года в следственном изоляторе № 2 Таганрога, как свидетельствуют пленные, сменилось руководство. Причина — две смерти военнопленных. После этого некоторые отмечают, что условия улучшились.

«Уже начал бегать фельдшер проверять синяки и все остальное. У нас спрашивали, есть ли какие-то жалобы, но все боялись что-либо говорить». Впрочем, по словам свидетелей, истязать пленников не прекратили, появилось лишь одно отличие — во время экзекуции присутствует медик: когда пленнику становится плохо, он дает ему таблетку.

В апреле 2023 года во время обмена погибшими Россия вернула Украине тела двух военнослужащих, попавших в плен в прошлом году в Мариуполе. Пленение этих людей был официально подтверждено Международным Комитетом Красного Креста, поэтому родные ждали их освобождения, рассказывают в МИПЧ. Вместо этого получили тела. Оба мужчины находились в местах содержания в Ивановской области: один — в СИЗО № 2 города Кинешма, второй — в исправительной колонии № 5 города Кохма. Оба умерли осенью 2022 года, причины смерти родным не сообщили.

«Судмедэксперты сказали, что тела наших военных приходят в таком состоянии, что причину смерти определять трудно. Я видел, что у него было кровотечение из носа, кровь на теле. Было видно, что сломана челюсть, кривой нос. Я не медицинский эксперт, но при осмотре это было видно», — рассказал МИПЧ отец 22-летнего Святослава Салтыкова, который служил в военном оркестре 36-й отдельной бригады морской пехоты и попал в плен в Мариуполе в апреле 2022 года. Через год тело парня было возвращено в Украину. В сопроводительных документах было указано, что парень скончался еще в ноябре 2022 года в СИЗО № 2 города Кинешма.

Святослава Салтыкова похоронили 2 мая 2023 года в поселке Кривая Балка, в 18 км от Николаева. Фото: Виктор Ковальчук, МИПЧ
Святослава Салтыкова похоронили 2 мая 2023 года в поселке Кривая Балка, в 18 км от Николаева. Фото: Виктор Ковальчук, МИПЧ

С 11 марта 2022 года Россия и Украина провели 47 обменов. Из плена удалось освободить 2576 украинских граждан.