Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Мобильные операторы вводят очередные изменения для клиентов
  2. Эксперты: Россия может активизировать наступление, пользуясь «окном» до поступления помощи США
  3. Палата представителей Конгресса США проголосовала за предоставление пакета помощи Украине на 61 миллиард долларов
  4. Национальность Брежнева и имя Андропова, бандитизм Сталина и отсидка Королева. Какие факты из биографий известных людей скрывали в СССР
  5. С 1 июня повысят тарифы на отопление и подогрев воды. Рост — почти на четверть
  6. В мае беларусов ожидают «лишние» выходные. О каких нюансах важно знать нанимателям и работникам
  7. «Не ленись и живи нормально! Не создавай сам себе проблем». Вот что узнало «Зеркало» о пилоте самолета Лукашенко
  8. Эксперты: Авиация России свободно и без угроз действует на критических участках фронта (в чем причина)
  9. «Скоропостижно скончался» на 48-м году жизни. В МВД подтвердили смерть высокопоставленного силовика
  10. Разбойники из Смоленска решили обложить данью дорогу из Беларуси. Фееричная история с рейдерством, стрельбой, пытками и судом
  11. На свободу вышел экс-кандидат в президенты Андрей Дмитриев
  12. Пропаганда очень любит рассказывать об иностранцах, которые переехали из ЕС в Беларусь. Посмотрели, какие ценности у этих людей


Алексей Калмыков,

Китай так быстро развивался и богател последние 20 лет, что всем было ясно — он того гляди догонит и перегонит США, самую богатую и влиятельную мировую державу. Но в последние три года Китай резко притормозил, и вопрос потерял актуальность, пишет Русская служба Би-би-си. Почему так получилось?

Си Цзиньпин. Фото: Reuters
Стареющее население — одна из причин китайского кризиса. Подорванное доверие к компартии и Си — другая. Фото: Reuters

Этим летом эксперты и политики на Западе заговорили о том, как жить с угасающим Китаем, и чем торможение китайской экономики обернется для остального мира.

Для Америки дряхлеющий Китай превращается из экономической в политическую и военную угрозу. Для азиатских соседей открывается возможность переманить западный бизнес и капитал. России же закат китайского чуда обещает падение доходов от экспорта ее основного товара — энергоносителей.

Почему летящий азиатский дракон вдруг обернулся ползущим червяком? И правда ли, что Китай обречен и не сможет в очередной раз доказать, что терпение и труд всё перетрут, если того захочет компартия?

А что случилось?

Если кратко — забарахлил главный мотор китайской экономики, рынок недвижимости. Но это лишь симптом глубинной болезни, истоки которой — в демографии и, главное, кризисе доверия к руководящей и направляющей роли компартии и ее лидера Си Цзиньпина.

Подобно России нищий Китай разбогател, как только перешел к рыночной экономике и открылся Западу в 1990-х. Богатство прирастало на 10−15% в год, но постепенно догоняющий рост, индустриализация и урбанизация исчерпали себя, и при Си экономика росла уже вдвое медленнее, на 5−7% в год.

И вот в прошлом году она прибавила всего около 3%, и во втором квартале 2023 года рост также едва превысил 3%. В целом за год хорошо если будет 5%, несмотря на низкую базу сравнения с предыдущим ковидным 2022-м, который Китай провел в тотальном локдауне.

Фото: Reuters
Чем крепче власть авторитарного Си, тем меньше у предпринимателей веры в личный успех и желания рисковать. Фото: Reuters

Аналитики в один голос говорят, что китайский кризис — не экономический, а политический.

Начался он потому, что коммунистический лидер Си Цзиньпин консолидировал власть в стране и затеял перестройку. На смену прежней модели роста, основанной на быстром росте экспорта и инвестиций на заемные деньги, он пытается построить экономику, основанную на потреблении, как на Западе.

Не от хорошей жизни. Прежние источники роста не просто исчерпали себя, они теперь тянут экономику на дно.

«Это структурное замедление. Барахлят двигатели, которые обеспечивали рост в 2008—2016 годах. На сектор недвижимости приходилось до 25% китайской экономики. Спад в этом секторе — основная причина замедления роста в целом», — сказал Логан Райт из американского Центра стратегических и международных исследований (CSIS).

Почему китайцы больше не покупают квартиры

Во-первых, потому что их доходы растут уже не так, как прежде. Во-вторых, потому что квартиры дешевеют. И в-третьих, потому что они не верят в будущее. Но об этом чуть ниже, а сначала о жилье.

Для китайца квартира — вложение в будущее. Ставки по депозитам в банках всегда были подавлены политикой компартии, а социальная поддержка не развита. Поэтому китайцы традиционно откладывали на черный день, вкладываясь в недвижимость.

Помимо объекта для сбережений, квартиры несли и прямую функцию — людям нужно было где-то жить. Урбанизация и рост населения поддерживали спрос на жилье в городах.

Все эти факторы теперь отыграны. Проблемы девелоперов и падающие цены лишили недвижимость привлекательности как объекта сбережений. Урбанизация практически сошла на нет, а рост населения прекратился.

«Я боюсь, что фундаментально спрос на жилье подорван демографией, — говорит Зои Лью из американского Совета по международным отношениям (Council on Foreign Relations). — Пик урбанизации позади, а количество заключенных браков сокращается с 2013 года».

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Строить тоже не получается. Раньше китайские девелоперы брали кредиты, покупали землю, рыли фундамент, продавали недострой населению, а на вырученные деньги не достраивали, а покупали новую землю, закладывали ее под новые кредиты, рыли фундамент… и так далее.

В какой-то момент надулся пузырь, вмешалась компартия, ужесточила регулирование, и теперь все инвестиции в жилье — это достройка того, что уже выкуплено людьми на стадии котлована.

Новых котлованов никто не роет. Активность в секторе недвижимости сократилась более чем вдвое с середины 2021 года.

«Вот вам и главный фактор замедления инвестиций в Китае», — сказал Логан Райт из CSIS.

«Никаких других источников роста китайской экономики на замену сектору недвижимости не нашлось. Этим и объясняется ее резкое замедление в последние два года, — говорит он. — Двигатели роста, за счет которых Китай развивался после мирового финансового кризиса 2008−09 годов, исчерпали себя как минимум на ближайшее десятилетие».

Если сокращение инвестиций неизбежно, китайским властям остается компенсировать его за счет двух других составляющих экономического роста — потребления и экспорта.

Но с этим сложности. И вот почему.

Почему у китайцев опускаются руки

«Без сектора недвижимости возвращение к доковидным темпам роста экономики невозможно, потому что единственное, что может заменить его рост, — это частное потребление домохозяйств, а его доля не превышает 40%», — говорит Райт.

Заставить людей тратить деньги — главная задача китайской компартии. Пока успехи скромные.

За последние 20 лет доля школьников, поступающих в университеты, выросла в разы, однако тормозящая экономика не успевает создавать рабочие места для людей с высшим образованием. Результат — рекордная безработица среди молодежи. Фото: Лидия Андрюшенкова

Безработица растет, недвижимость дешевеет, потребительские цены снижаются. В этих условиях китайцы предпочитают погашать долги и копить, а не тратить.

Но главное — они все меньше верят в будущее и в способность компартии обеспечивать непрерывный рост благосостояния, к которому привыкло целое поколение.

Веру в то, что партия и Си точно знают, что делают, подорвал сначала жесткий локдаун, потом — резкий отказ от него после протестов. Параллельно Си ополчился на миллиардеров и актрис ради «всеобщего процветания», но потом передумал. И все это время нарастал конфликт с Западом, обостривший в населении предчувствие войны за Тайвань.

«Очень многие из тех, с кем я общался в Китае, крайне неуверенно отзываются о будущем своей страны и собственных перспективах», — делится Скотт Кеннеди из CSIS своими впечатлениями от трех поездок в Китай за последний год.

«Люди все меньше тратят, все больше откладывают. И мне показалось, что дело не в лопнувшем пузыре на рынке недвижимости. Дело, скорее, в общей потере доверия из-за ощущения, что страна движется в неправильном направлении».

В итоге среди китайцев все меньше желающих стать новым Джеком Ма и угодить в опалу.

«Звериный инстинкт задушен, молодежь охватила апатия», — описывает корень проблем Зои Лью из американского Совета по международным отношениям (Council on Foreign Relations).

Как вернуть китайцам веру в будущее

«Сигнал должен прийти с самого верха, от Си Цзиньпина. Сигнал о приверженности реформам, — говорит Логан Райт. — Централизация власти лишила всех остальных голоса».

Фото: Reuters
Фото: Reuters

«Конечно, руководству Китая придется разбираться и с долгами, и с демографией, но главная проблема в другом», — описывает суть этого сигнала его коллега Скотт Кеннеди.

«Им нужно найти новую объединяющую цель и увлечь за собой население. Снять напряженность в отношениях с Западом. И доказать, что они умеют грамотно управлять страной».

Новый экономический бум не гарантирован даже в этом случае, но хотя бы частично власти смогут вернуть населению веру в будущее и оживить потребление, говорит Кеннеди.

Для этого нужна смена курса Си, полагает Зои Лью из Council on Foreign Relations.

«Меня бы убедил возврат к открытости и обещание реформ. Наподобие того, что сделал Дэн Сяопин после событий на площади Тяньаньмэнь», — напомнила она о зарождении китайского экономического чуда в 1990-х после кровавого подавления выступлений за демократические реформы на центральной площади Пекина в 1989 году.

Не всё так плохо. И для Китая, и для мира

Владимир Путин и Сергей Шойгу на встрече с главой Минобороны КНР Ли Шанфу, 16 апреля 2023 года. Фото: пресс-служба Кремля
Владимир Путин и Сергей Шойгу на встрече с главой Минобороны КНР Ли Шанфу, 16 апреля 2023 года. Фото: пресс-служба Кремля

Китай рано списывать со счетов, даже если рост уже не тот, предупреждают почти все эксперты.

«Нет сомнений, что бум позади, им никогда не вернуться к 8−9% роста в год, этому мешают масштабные структурные проблемы», — сказал Ник Ларди из американского Института мировой экономики Петерсона (Peterson Institute for International Economics).

«Однако я уверен, что и спад завершен. Похоже, Китай переживает переломный момент. Отныне рост будет не замедляться, а ускоряться и в ближайшие годы будет намного выше нынешних 3%», — сказал он на этой неделе на круглом столе CSIS.

Грустную статистику не стоит драматизировать, уверен он. Июльская дефляция — лишь статистическая аномалия, поскольку в предыдущем июле случилась чума свиней и цены на свинину взлетели.

Зарплаты растут, реальные располагаемые доходы тоже увеличиваются на 5−7% в годовом выражении. А сбережения, наоборот, снижаются.

«Конечно, есть проблемы с потребительским доверием, но если доходы продолжат расти такими темпами, то потребление в любом случае вырастет», — уверен Ларди.

Фото: Reuters
Выманить китайцев в опустевшие торговые центры — ключ к решению проблем компартии. Фото: Reuters

Рассчитывать на ускорение двух других моторов экономики — инвестиций и экспорта — пока не приходится.

Китай остается главным мировым экспортером с конца 2000-х годов, но доля экспорта в ВВП сокращается. Если 15 лет назад она обеспечивала треть экономической активности, то сейчас лишь пятую часть, напоминает Зои Лью из Council on Foreign Relations.

«Даже если Китай нарастит экспорт услуг, оставшись крупнейшим экспортером товаров, потенциал ускорения роста ВВП в целом за счет экспорта очень незначителен», — говорит она.

С инвестициями тоже сложности, поскольку государственные вложения ограничены огромными долгами регионов и нежеланием центральной власти повторять масштабное стимулирование, как после мирового финансового кризиса 2008−09 годов. А частные инвестиции, на которые приходится 54% всех вложений, сдерживают не только прошлые репрессии против хайтек-бизнеса и частного образования, но и падение инвестиционной привлекательности Китая для зарубежных бизнесменов и финансистов.

Это — хорошие новости для Запада, прежде всего для США, полагает Логан Райт из CSIS.

«США больше не переживают, что Китай обойдет их по ВВП в полтора раза, этого никогда не случится. И теперь США могут сосредоточиться на аспекте национальной безопасности в отношениях с Китаем», — сказал он.

Западу не стоит опасаться, что замедление Китая утянет за собой весь мир и спровоцирует новый кризис, говорит Ник Ларди, поскольку эффект от замедления китайской экономики — это среднее по больнице.

«Да, Китай обеспечивает примерно 30−35% всего роста мировой экономики. Но Китай важен не столько для мировой экономики в целом, сколько для отдельных стран и рынков», — сказал он.

Вялый китайский рост, например, навредит Германии — главному европейскому партнеру Китая. И подавит цены на рынке энергоносителей, от экспорта которых зависит российская экономика, потерявшая западных потребителей после вторжения в Украину.

Более того, у Китая есть козыри в рукаве. Даже без починки барахлящих моторов экономического роста остается надежда завести новые.

Китай активно развивает новую энергетику, давно выбился в мировые лидеры в производстве электромобилей и пытается выиграть у Запада конкуренцию в зарождающейся отрасли применения искусственного интеллекта.

«Не надо забывать, что Китай не в первый раз сталкивается с серьезными экономическими проблемами. И всякий раз он умудрялся справиться с ними», — отметила Клэр Рид из CSIS.

«Пусть рекордные темпы роста китайской экономики остались в прошлом, не следует недооценивать способность Китая и на этот раз найти выход из кризиса».