Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Эксперты рассказали, как удар по судну «Коммуна» навредит Черноморскому флоту России и сократит количество обстрелов Украины «Калибрами»
  2. «Посеять панику и чувство неизбежной катастрофы». В ISW рассказали, зачем РФ наносит удары по Харькову и уничтожила телебашню
  3. Пропагандисты уже открыто призывают к расправам над политическими оппонентами — и им за это ничего не делают. Вот примеры
  4. Доллар шел на рекорд, но все изменилось. Каких курсов теперь ждать на неделе?
  5. «Когда рубль бабахнет, все скажут: „Что-то тут неправильно“». Экономист Данейко — о неизбежности изменений и чем стоит гордиться беларусам
  6. Лукашенко принял закон, который «убьет» часть предпринимателей. Им осталось «жить» меньше девяти месяцев
  7. В Беларуси растет заболеваемость инфекцией, о которой «все забыли»
  8. Владеют дорогим жильем и меняют авто как перчатки. Какое имущество у семьи Абельской — экс-врача Лукашенко и предполагаемой мамы его сына
  9. Проголосовали против решения командиров и исключили бойца. В полку Калиновского прошел внезапный общий сбор — вот что известно
  10. Сейм Литвы не поддержал предложение лишать ВНЖ беларусов, которые слишком часто ездят на родину
  11. Минск снова огрызнулся и ввел очередные контрсанкции против «недружественных» стран (это может помочь удержать деньги в нашей стране)
  12. Караник заявил, что по численности врачей «мы четвертые либо пятые в мире». Мы проверили слова чиновника — и не удивились
  13. Лукашенко назначил двух новых министров


Джонатан Хед,

Начавшийся во вторник визит председателя КНР Си Цзиньпина в гости к соседу, генеральному секретарю Компартии Вьетнама Нгуену Фу Чонгу, несомненно, будет сопровождаться фонтаном цветистых комплиментов и речей о нерушимой дружбе двух стран, в которых до сих пор правят коммунистические партии, пишет Русская служба Би-би-си.

Си Цзиньпин. Фото: Reuters
Си Цзиньпин. Фото: Reuters

Год назад, когда Чонг приезжал в Пекин, его одарили высшей китайской наградой для иностранных деятелей, а председатель Си сказал, что они с Чонгом — товарищи и братья, а их страны «соединены горами и реками и близки как губы с зубами».

Во время визита Си Вьетнам, как ожидается, провозгласит о присоединении к китайскому «Сообществу единой судьбы» — по большей части символической концепции китайской внешней политики, явно сформулированной как противовес американоцентричному мировому порядку.

Это позволит Китаю продвинуться на шаг вперед в их с США соревновании за Вьетнам.

В сентябре, во время визита Джо Байдена в Ханой, США неожиданно объявили, что повышают статус отношений с Вьетнамом до «всеобъемлющего стратегического партнерства». В тщательно выстроенной иерархии иностранных партнеров Вьетнама это поставило США на один уровень с Китаем.

В ходе визита Си Китай предложит Вьетнаму помощь в модернизации железных дорог, в том числе в строительстве линии из южного Китая во вьетнамский порт Хайфон. Ветка пройдет через вьетнамский регион с месторождениями редкоземельных металлов. Китай — крупнейший в мире производитель этих металлов, необходимых, кроме прочего, в производстве солнечных панелей и аккумуляторов для электромобилей.

О чем китайский и вьетнамский лидеры наверняка не станут говорить, по крайней мере на публике, так это об их споре о правах на акваторию Южно-Китайского моря, а также об их непростых отношениях в 1970–1980-х годах, которые в 1979 году дошли до полномасштабной войны за приграничные территории, в которой погибли тысячи солдат.

Не будет вьетнамская сторона напоминать и о долгом, хоть и давнем, китайском владычестве, которое во Вьетнаме называют «тысячей лет северной оккупации», а также о проблеме китайских плотин на реке Меконг и последствиях их строительства для Вьетнама.

Эти темы, однако, обсуждаются во Вьетнаме на неофициальном уровне — в интернете, который там контролируется менее жестко, чем в Китае.

«Мы просто хотим мира, так что, председатель Си, не надо приезжать», — пишет один вьетнамский пользователь Facebook. «Если Си Цзиньпин уберет „линию из девяти штрихов“, наши страны сразу станут братскими», — заявляет другой.

«Линия из девяти штрихов» — так соседи Китая называют пунктирную линию, которой Китай очертил акваторию Южно-Китайского моря, заявляя о своих правах на нее.

Общество во Вьетнаме настроено, наверное, более решительно антикитайски, чем во всех остальных странах Юго-Восточной Азии. Здесь, в стране, изгнавшей сначала колонизаторов-французов, а потом американцев, сильны националистические чувства и одновременно — традиционный страх перед гигантским северным соседом.

Фото: Reuters
Си Цзиньпин. Фото: Reuters

В последние годы во Вьетнаме даже случались антикитайские протесты и даже беспорядки. В 2014-м в них погибли несколько человек и были разгромлены несколько иностранных фабрик. Поводом стала установка Китаем нефтяной платформы в водах, которые Вьетнам считает своими. Несколько лет назад в некоторых магазинах в Ханое стали появляться объявления, что они торгуют только вьетнамскими товарами и не торгуют китайскими.

В самое последнее время власти обеих стран стараются не провоцировать народ, но антикитайские настроения продолжают тлеть и готовы разгореться в любой момент. Чувства по поводу китайской «линии из девяти штрихов», которую во Вьетнаме презрительно называют «коровьим языком» (см. эту линию на картах), так сильны, что в этом году власти запретили фильм «Барби» только потому, что в нем появляется карта с обозначенными на ней китайскими претензиями.

Вьетнам без энтузиазма относится к китайским предложениям инвестиций в рамках инициативы «Один пояс, один путь» — в том числе потому что население может возмутиться ростом экономического влияния Китая на страну.

А оно и так огромно — слишком огромно, чтобы вьетнамское руководство стало рисковать этими связями, что бы там ни думало население.

Китай — крупнейший торговый партнер Вьетнама: объем торговли достигает 200 млрд долларов в год. Китай — крупнейший источник прямых инвестиций во Вьетнам.

Китайских инвестиций во Вьетнаме несравнимо больше, чем американских, несмотря на все разговоры о том, что Вьетнам мог бы стать альтернативным производственным хабом для американских компаний, желающих сократить зависимость от Китая.

Притом приток части этих китайских инвестиций был вызван как раз осложнениями в отношениях Пекина с Вашингтоном: китайские компании стали переводить производство во Вьетнам, чтобы обойти американские торговые барьеры.

А кроме торговли и инвестиций, Китай и Вьетнам связывает и идеологическая близость. И 70-летний председатель Си, и 79-летний генсек Чонг — старые коммунисты, авторитарные правители, не приемлющие западных демократических ценностей, верящие в то, что партия должна железной рукой контролировать политическую жизнь в стране.

Но их стратегическое положение неизбежно и основательно различается.

Китай — растущая сверхдержава, которая собирается бросить вызов однополярному мировому порядку во главе с США и стать доминирующей силой в своем регионе.

Вьетнам же — средней мощи государство. Населения во Вьетнаме — 100 миллионов, территория — примерно как территория Германии, при этом он остается довольно бедной страной: по ВВП на душу населения он почти в три раза беднее даже Китая.

Ханой хочет извлечь как можно больше выгоды, балансируя между соперничающими Китаем и США, а также Россией, с которой Вьетнам поддерживает традиционно теплые отношения.

Нгуен Фу Чонг называет это «бамбуковой дипломатией», гибкой внешней политикой, основанной на четырех «не»: не вступать в военные союзы, не присоединяться к какой-либо стране в ее конфликте с третьей страной, не разрешать иностранные военные базы, не применять силу во внешних сношениях.

То есть смысл вьетнамской политики — в том, чтобы со всеми дружить и ни с кем не враждовать. В то же время Китай не питает иллюзий насчет отношений Вьетнама с США: это — страховка от китайского влияния и китайской напористой политики в регионе.

С точки зрения вьетнамского руководства, Китай должен быть первым среди многих равных друзей. Но китайско-вьетнамские отношения остаются заложником текущих событий: они могут неожиданно испортиться из-за очередного обострения в Южно-Китайском море или еще из-за какого-нибудь поступка Китая, который Вьетнам сочтет слишком бесцеремонным.