Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Глава Администрации Лукашенко, Гигин, Азаренок и другие. ЦИК обнародовал фамилии депутатов Палаты представителей восьмого созыва
  2. Глава украинской разведки Буданов анонсировал новые удары по Крыму и назвал причину смерти Навального по версии ГУР
  3. У Лукашенко спросили, будет ли он участвовать в президентских выборах 2025 года. Вот что сказал политик
  4. Странный энтузиазм российских военкоров, контратаки с обеих сторон и потери России за два года. Главное из сводок
  5. «730 дней боли». Зеленский из Гостомеля обратился к украинцам во вторую годовщину начала войны
  6. Дорога к войне. Вспоминаем тридцатилетнюю предысторию и реальные причины российского вторжения в Украину
  7. Чиновники ввели очередные новшества при проверке доходов и расходов населения. Изменения затрагивают построивших дома и квартиры
  8. Чиновники пытаются переложить ответственность за преступления России на командиров. Рассказываем главное из сводок штабов
  9. Карпенко придумал новое объяснение тому, что на выборах не будет избирательных участков за рубежом
  10. Прогноз по валютам: очень вероятно снижение курса доллара. Как сильно он подешевеет?
  11. Тело Алексея Навального отдали матери
  12. «Сбросили фото лица и черепа Сергея. Опознавать было нечего». Как два года войны в Украине прожили герои «Зеркала»
  13. Обращение Тихановской к белорусам попало на экраны белорусских магазинов
  14. «У меня оргазмов в двух браках не было». Рассказываем о сексе в жизни белорусов во времена СССР


Александр Лукашенко подписал проект закона, по которому за покушение на совершение актов терроризма может грозить исключительная мера наказания — расстрел. «Такие дела легко сфальсифицировать», — предупреждают юристы. За примерами далеко ходить не надо: в Советском Союзе аналогичные законы обернулись против самих исполнителей, в итоге приговоренных к смертной казни. Рассказываем истории довоенных руководителей спецслужб СССР и Беларуси.

Фото: Reuters
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

Убийство Кирова — повод к террору

Репрессии в Советском Союзе начались практически сразу после прихода большевиков к власти. Но на новый уровень они вышли в 1934 году. 1 декабря был убит Сергей Киров, один из соратников Сталина. Это стало поводом для начала террора. В тот же день было подписано постановление «О внесении изменений в действующие уголовно-процессуальные кодексы союзных республик», которое сыграло важную роль в организации и юридическом обеспечении массовых репрессий.

Расследование и рассмотрение дел о «террористических организациях и террористических актах против работников советской власти» (все или практически все из них были сфабрикованы) предусматривалось:

  • заканчивать не более, чем за десять дней;
  • обвинительное заключение вручать обвиняемым за одни сутки до рассмотрения дела в суде;
  • слушать дела без участия сторон;
  • не допускать кассационного обжалования приговоров и подачи ходатайств о помиловании;
  • приводить приговор в исполнение немедленно.

В советском законодательстве появился термин «член семьи изменника родины» — такие люди подлежали аресту и осуждению автоматически.

Генрих Ягода. Фото: wikipedia.org
Генрих Ягода. Фото: wikipedia.org

За полгода до этого, в июле 1934 года, был образован Народный комиссариат внутренних дел СССР, который возглавил Генрих Ягода. При этом руководителе в стране появилась система исправительных лагерей — ГУЛАГ. Ягоду обвинили в союзе с «правыми» (группой большевиков, выступавшей против политики Сталина), заговоре против советской власти, в убийствах Кирова, своего предшественника Вацлава Менжинского, писателя Максима Горького, покровительстве шпионам и так далее.

Партийный работник Борис Бажанов, бежавший за границу, рассказывал в своей книге «Я был секретарем Сталина» о диалоге, случившимся на публичном процессе.

«Скажите, предатель и изменник Ягода, <…>, вы не испытываете ни малейшего сожаления о сделанном вами?» — спросил бывшего главу НКВД обвинитель Вышинский. «Да, сожалею, очень сожалею…», — ответил экс-министр. «Внимание, товарищи судьи. Предатель и изменник Ягода сожалеет. О чем вы сожалеете, шпион и преступник Ягода?» — спросил прокурор. «Очень сожалею… Очень сожалею, что, когда я мог это сделать, я всех вас не расстрелял», — ответил обвиняемый.

Впрочем, в стенограмме процесса этого диалога нет.

Среди обвиняемых по тому же делу Ягоду расстреляли последним, а до этого посадили на стул и заставили смотреть, как отправляют на тот свет других. Перед расстрелом новый нарком внутренних дел Ежов велел начальнику кремлевской охраны избить Ягоду: «А ну-ка дай ему за всех нас».

Создателя ГУЛАГа до сих пор не реабилитировали. Его дело все еще засекречено.

Израиль Леплевский. Фото: wikipedia.org
Израиль Леплевский. Фото: wikipedia.org

В это же время наркомом внутренних дел Беларуси являлся уроженец Бреста Израиль Леплевский (1934−1936). В отличие от своего начальника он остался у власти и после его ареста.

Леплевский руководил репрессиями в Украине, участвовал в следствии по делу военных (дело Тухачевского и других). Но в 1938-м арестовали и его. Суд над чекистом продолжался 20 минут. Он признал себя виновным в участии контрреволюционной организации, массовых репрессиях, работе по инструкциям польского агента. Леплевского расстреляли и не реабилитировали.

Гомосексуал и агент четырех разведок

Ежов (справа), Сталин, Молотов и Ворошилов на выборах 1937 года. Фото: wikipedia.org
Ежов (справа), Сталин (второй слева), Молотов (первый слева) и Ворошилов на выборах 1937 года. Фото: wikipedia.org

В 1936-м новым руководителем НКВД СССР стал Николай Ежов. При нем репрессии достигли пика, но самого «кровавого карлика» — рост этого человека составлял 151 см — это не спасло. Ежова обвинили в шпионаже сразу на четыре страны: Польшу, Германию, Англию и Японию. А также в том, что он возглавил антисоветский заговор в НКВД и строил планы государственного переворота. 7 ноября 1938 года Ежов и его соратники якобы планировали теракты против руководителей страны во время демонстрации на Красной площади.

Еще одним обвинением стал гомосексуализм (в конце 1933 года в СССР было решено распространить уголовную ответственность на мужеложество — статью добавили в Уголовный кодекс РСФСР 1 апреля 1934 года в раздел «половые преступления»: за «добровольный» половой акт между двумя мужчинами осуждали на срок от трех до пяти лет лагерей, а за мужеложство с применением насилия — от пяти до восьми). Нарком признавался, что склонность к однополой любви у него появилась в 15 лет. Это не было секретом: из тюрем в его адрес шли письма, в которых Ежов именовался «папой» (активно-пассивным партнером), «петухом», «козлом», «чушком» и так далее. В обвинительное заключение попала следующая формулировка: «Действуя в антисоветских и корыстных целях, Ежов организовывал убийства неугодных ему людей, а также имел половые сношения с мужчинами (мужеложество)». Руководителя НКВД так и не реабилитировали.

При Ежове белорусские спецслужбы возглавляли Григорий Молчанов (1936−1937), Борис Берман (1937−1938) и Алексей Наседкин (1938). Всех троих расстреляли, ни один из них не был реабилитирован.

Бермана, например, признали одним из руководителей антисоветской террористической организации и агентом немецкой разведки. За ходом следствия по его делу следил лично Сталин. В его архиве хранится направленная ему копия допроса Бермана. Согласно сценарию НКВД, тот являлся агентом немецкой разведки с 1933 года и «систематически передавал ее представителям секретные материалы о следственной и агентурной работе НКВД и состоянии Вооруженных сил СССР на западной границе».

Берия и его преемники

Лаврентий Берия. Фото: wikipedia.org
Лаврентий Берия. Фото: wikipedia.org

В 1938-м новым наркомом стал Лаврентий Берия. Но в 1943-м НКВД разделили. Органы внутренних дел продолжили существование, при этом спецслужбы передали в ведение созданного народного комиссариата (затем министерства) госбезопасности СССР. Его возглавлял Всеволод Меркулов (1943−1946), впрочем, являвшийся ближайшим соратником Берии.

Судьба этих людей оказалась схожей. В марте 1953-го, после смерти Сталина, министерства вновь объединили в единое МВД. Его тоже возглавил Берия. Но уже 26 июня министра арестовали в Кремле. По предложению генпрокуратуры дело рассматривалось в порядке, установленном в 1934-м году — по тем же законам, которыми руководствовались в своей работе обвиняемые.

Всемогущего министра обвинили в стремлении:

  • захватить власть;
  • «установить тайную связь с [лидерами Югославии] Тито и Ранковичем» (вскоре советское руководство помирилось с этими политиками);
  • отказаться от строительства социализма в ГДР;
  • а также в шпионаже за партийными чиновниками и прослушивании их кабинетов, работе на зарубежные разведки еще в 1919—1920 годах (сам Берия объяснял, что внедрился в ряды противников по заданию руководства).

Министра первым из силовиков обвинили в причастности к репрессиям: «применялись незаконные аресты, фальсификация следственных дел, истязания и пытки арестованных для получения клеветнических показаний, совершались террористические убийства под видом осуждения за контрреволюционную деятельность». Но тогда об осуждении репрессий речи не шло. Это произойдет только в 1956-м на ХХ съезде партии. В случае же с Берией разговор шел лишь об отдельных «перегибах».

Среди прочего, его обвинили в «моральном разложении» (наличии многочисленных любовниц).

В сентябре 1953 года по этому же делу арестовали и Меркулова. Его обвинили в «измене Родине, совершении террористических актов и участии в контрреволюционной изменнической заговорщической группе». В своем последнем слове министр просил снять с него «контрреволюционные статьи» и судить его по другим статьям Уголовного кодекса, но ему отказали.

Уже 23 декабря обоих экс-министров расстреляли.

Виктор Абакумов. Фото: wikipedia.org
Виктор Абакумов. Фото: wikipedia.org

Ранее, в 1946-м, Меркулова на посту министра госбезопасности сменил Виктор Абакумов. Спустя пять лет его задержали. Абакумова пытали, держали на морозе и в конце концов превратили в инвалида, но тот ни в чем не сознался.

Первоначально Абакумова обвинили в том, что он тормозил расследование по ряду расследований, в том числе по «Ленинградскому делу» (серия судов над партийными деятелями из Ленинграда, которых обвинили во вражеско-подрывной работе и коррупции, а также использовании служебного положения в личных корыстных целях). А после смерти Сталина ему поставили в качестве претензии все то же «Ленинградское дело» — вот только уже не торможение его расследования, а фабрикацию. И на сей раз обвинение, вероятно, соответствовало действительности.

В 1954-м Абакумова расстреляли, обвинив в измене Родине, вредительстве, террористическом акте и участии в контрреволюционной группе.

Он оказался единственным из бывших наркомов, чье дело пересмотрели уже после развала Советского Союза. Генпрокуратура России подтвердила, что министр и его соратники «систематически злоупотребляли властью, что выразилось в фальсификации уголовных дел и применении незаконных мер физического воздействия при производстве предварительного следствия». Но отметила, что эти действия подпадают под статью «воинские должностные преступления — злоупотребление властью при наличии особо отягчающих обстоятельствах». Задним числом министру отменили расстрел и приговорили его к 25 годам заключения в исправительно-трудовых лагерях.

Кстати, в 2018 году это не помешало властям самопровозглашенной ЛНР поместить Абакумова на новую марку.

В те же годы белорусские спецслужбы (1938−1951) возглавлял Лаврентий Цанава: как нарком НКВД, а затем как министр госбезопасности. После смерти Сталина его арестовали, обвинив в контрреволюционной деятельности. В том числе ему ставили в вину участие в убийстве прославленного артиста Соломона Михоэлса. До приговора Цанава не дожил, умер в тюрьме.

В результате выжить повезло лишь тем руководителям советской госбезопасности, кого назначили незадолго перед смертью Сталина. В СССР это Семен Игнатьев (1951−1953), в БССР — Михаил Баскаков (1952−1958), которые после отставки работали на менее значительных должностях.

Руководители белорусской госбезопасности не пережили сталинскую эпоху. С 1918 до 1952 годы Чрезвычайную комиссию (ЧК) — Государственное политическое управление (ГПУ) — НКВД — Министерство госбезопасности (МГБ) возглавляли 17 человек. Все они стали жертвами репрессий. Но лишь один из них потенциально мог умереть в своей постели. Речь об Александре Ротенберге, возглавлявшем ЧК БССР в 1920−1921 годах. В 1943-м его исключили из партии, а дальнейшая судьба этого человека осталась неизвестной. Но на деле за такой процедурой чаще всего следовал арест — можно предположить, что Ротенберга задержали и расстреляли, а документы об этом не сохранились. Так что, возможно, чекист повторил судьбу всех своих коллег: они репрессировали людей, но сами стали жертвами применяемых законов.