Поддержать команду Zerkalo.io
  1. Минздрав озвучил последние данные по коронавирусу в Беларуси
  2. Торговля придумала, как обходить ограничения чиновников по повышению цен. Госконтроль хочет прикрыть эту лазейку
  3. Поручение исполнено. В общественном транспорте Минска сняли объявления о необходимости носить маски
  4. Лукашенко: соблюдение масочного режима полезно, но культура использования защитных средств есть только у врачей
  5. Минобороны отправило срочников на двухнедельную изоляцию
  6. О муже, детях, санкциях и переговорах. Тихановская дала часовое интервью главреду радиостанции «Эхо Москвы»
  7. Проблемы с сельским хозяйством и с доходами населения. ЕАБР о том, что происходит с ВВП и влияют ли санкции
  8. Начальник ГАИ Беларуси Дмитрий Корзюк назначен заместителем министра внутренних дел
  9. В Беларуси зафиксировали новый штамм коронавируса. Рассказываем, что о нем известно
  10. Мошенники запустили от имени «Белпочты» рассылку: проводят по телефону «розыгрыши» и «акции»
  11. СК: Причина крушения самолета в Барановичах — отказ системы управления
  12. Беларусь переходит на антиген-тестирование — это плохо? Подробно объясняем разницу между тестами на коронавирус
  13. «Если ответа от Путина не будет — это подорвет устои системы». Эксперты — о белорусско-российской медиассоре
  14. «Симптомы появлялись волнами». Истории людей, которых после COVID-19 не отпускают новые болезни
  15. В Беларуси второй месяц подряд падает средняя зарплата
  16. «Перекличка» тунеядцев, пересмотр пенсий и пособий, рост тарифов, дедлайн по налогам. Изменения ноября
  17. Минздрав подписал приказ о плановой медицинской помощи
  18. Немецкие правоохранители рассказали о схеме «белорусского транзита» мигрантов
  19. Визовый центр Испании в Минске приостанавливает прием документов на визы


Подполковник КГБ в отставке Валерий Костка лишился воинского звания майским указом Лукашенко. Мужчина обращался в суды с требованием признать этот указ ничтожным. В процессе разбирательства выяснилось, что помимо звания Костка лишился надбавки к пенсии. О том, как все закончилось, он рассказал блогу «Отражение».

Фото: Радио Свобода

Напомним, в мае 2021 года Лукашенко подписал указ № 174 «О лишении воинских и специальных званий». Лишились званий около 80 бывших военнослужащих и сотрудников ОВД, сообщалось, что «они проявляли неуважение к государственным символам, выбрасывали служебные удостоверения, снимали погоны, отказывались от исполнения служебных обязанностей».

В конце мая этого года Валерий Костка и его коллега по службе, также полковник КГБ Беларуси, Сергей Анисько подали иски в суд Ленинского района Минска: офицеры просили признать Лукашенко нелегитимным президентом, а изданный им указ — ничтожным. Юридическое сопровождение им оказывал юрист и правозащитник Гарри Погоняйло.

— Я не преступник, так на каком основании меня и коллег лишили звания? А в начале сентября мы узнаем, что с октября соответствующие надбавки к пенсии нам снимают: это около 140−150 рублей в месяц. Более того, заявили, что выплаты, которые нам уже выдали с июня по сентябрь, мы должны вернуть. 

По словам собеседника, многие его коллеги, которых лишили званий, также собрали «папку документов и готовы были идти в суд». Но в итоге решили подождать и посмотреть, чем закончится дело Костки и Анисько.

— Мы прошли суд Ленинского района, городской, Верховный. Ни один из них не взялся за это дело: нас отфутболили — даже до заседаний не дошло, присылались отписки, в которых ссылались на какие то некорректные фразы и выражения в нашей жалобе. 

Валерий говорит, что «выполнил свою миссию: продемонстрировал свое несогласие с действиями режима».

Также собеседник утверждает, что сможет прожить без офицерских "140-150 рублей". С 1 октября мужчина собирается бросить курить, а это как раз те деньги, которые шли на сигареты, «так что возвратятся они обратно в виде моего здоровья».

— Я сейчас очень спокоен, объективно рассчитываю и прогнозирую. Потому что «сон розума нараджае пачвар». Понимаю, что ко мне, да и к любому белорусу, сейчас могут прийти без повода и оснований. Но весь народ нельзя укатать в тюрьму, а эти точечные захваты, создание невыносимых условий в камерах — чтобы запугать, заставить сидеть по норам. Я не боюсь, потому что в армии были условия жестче, чем в тюрьме: сутками в полевых условиях, в снегах сидели. Но вот всю символику я спрятал: мне жаль ее, не хочу, чтобы они рвали и топтали ее.