Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. «Сбросили фото лица и черепа Сергея. Опознавать было нечего». Как два года войны в Украине прожили герои «Зеркала»
  2. Голосование на белорусских выборах официально завершилось. Вот когда озвучат результаты
  3. Карпенко придумал новое объяснение тому, что на выборах не будет избирательных участков за рубежом
  4. Глава украинской разведки Буданов анонсировал новые удары по Крыму и назвал причину смерти Навального по версии ГУР
  5. В Беларуси стартовал единый день голосования. Офис Тихановской призвал оставаться дома и запустил онлайн-марафон
  6. Чиновники пытаются переложить ответственность за преступления России на командиров. Рассказываем главное из сводок штабов
  7. Фотографии для учебника истории. Как выглядит война, в которую из-за режима Александра Лукашенко оказалась втянута и наша страна
  8. Тело Алексея Навального отдали матери
  9. В Беларуси меняются условия начала отопительного сезона
  10. «У меня оргазмов в двух браках не было». Рассказываем о сексе в жизни белорусов во времена СССР
  11. СМИ: Украина атаковала крупнейший сталелитейный комбинат в России
  12. У Лукашенко спросили, будет ли он участвовать в президентских выборах 2025 года. Вот что сказал политик
  13. Дорога к войне. Вспоминаем тридцатилетнюю предысторию и реальные причины российского вторжения в Украину
  14. Странный энтузиазм российских военкоров, контратаки с обеих сторон и потери России за два года. Главное из сводок
  15. «730 дней боли». Зеленский из Гостомеля обратился к украинцам во вторую годовщину начала войны
  16. Обращение Тихановской к белорусам попало на экраны белорусских магазинов


Подполковник КГБ в отставке Валерий Костка лишился воинского звания майским указом Лукашенко. Мужчина обращался в суды с требованием признать этот указ ничтожным. В процессе разбирательства выяснилось, что помимо звания Костка лишился надбавки к пенсии. О том, как все закончилось, он рассказал блогу «Отражение».

Фото: Радио Свобода

Напомним, в мае 2021 года Лукашенко подписал указ № 174 «О лишении воинских и специальных званий». Лишились званий около 80 бывших военнослужащих и сотрудников ОВД, сообщалось, что «они проявляли неуважение к государственным символам, выбрасывали служебные удостоверения, снимали погоны, отказывались от исполнения служебных обязанностей».

В конце мая этого года Валерий Костка и его коллега по службе, также полковник КГБ Беларуси, Сергей Анисько подали иски в суд Ленинского района Минска: офицеры просили признать Лукашенко нелегитимным президентом, а изданный им указ — ничтожным. Юридическое сопровождение им оказывал юрист и правозащитник Гарри Погоняйло.

— Я не преступник, так на каком основании меня и коллег лишили звания? А в начале сентября мы узнаем, что с октября соответствующие надбавки к пенсии нам снимают: это около 140−150 рублей в месяц. Более того, заявили, что выплаты, которые нам уже выдали с июня по сентябрь, мы должны вернуть. 

По словам собеседника, многие его коллеги, которых лишили званий, также собрали «папку документов и готовы были идти в суд». Но в итоге решили подождать и посмотреть, чем закончится дело Костки и Анисько.

— Мы прошли суд Ленинского района, городской, Верховный. Ни один из них не взялся за это дело: нас отфутболили — даже до заседаний не дошло, присылались отписки, в которых ссылались на какие то некорректные фразы и выражения в нашей жалобе. 

Валерий говорит, что «выполнил свою миссию: продемонстрировал свое несогласие с действиями режима».

Также собеседник утверждает, что сможет прожить без офицерских "140-150 рублей". С 1 октября мужчина собирается бросить курить, а это как раз те деньги, которые шли на сигареты, «так что возвратятся они обратно в виде моего здоровья».

— Я сейчас очень спокоен, объективно рассчитываю и прогнозирую. Потому что «сон розума нараджае пачвар». Понимаю, что ко мне, да и к любому белорусу, сейчас могут прийти без повода и оснований. Но весь народ нельзя укатать в тюрьму, а эти точечные захваты, создание невыносимых условий в камерах — чтобы запугать, заставить сидеть по норам. Я не боюсь, потому что в армии были условия жестче, чем в тюрьме: сутками в полевых условиях, в снегах сидели. Но вот всю символику я спрятал: мне жаль ее, не хочу, чтобы они рвали и топтали ее.