Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. В Беларусь прилетел министр обороны России Сергей Шойгу
  2. В Миорах силовики задержали не меньше 13 человек. Среди них — «Человек года Витебщины» и его сын
  3. Атаки и контратаки на Донбассе, зачем России Бахмут и нужны ли Путину переговоры. Главное из сводок на 283-й день войны
  4. Вступительная кампания в вузы в 2023 году пройдет по новым правилам (и с характеристикой)
  5. Посольство: информация о белорусе, получившем в Челябинске повестку о мобилизации, вероятно, фейковая
  6. В Беларуси утвердили планы йодной профилактики на случай аварии на Белорусской, Смоленской или Ровенской АЭС
  7. «Ни вы, ни мы войны не хотели и не хотим». Лукашенко встретился с министром обороны России
  8. В США при странных обстоятельствах погибла белоруска, ее муж, свекровь, двое дочерей и собака
  9. Генштаб ВСУ: Россия отводит воинские подразделения из пунктов в Запорожской области. Рассказываем, что это может значить
  10. Подоляк озвучил потери украинской армии в войне с Россией. Ранее это называли закрытой информацией
  11. «Чувствует себя нормально». Мария Колесникова остается в больнице до понедельника
  12. «Предупреждают, что за мной уже выехали». Поговорили с Валерием Сахащиком об угрозах, полке Калиновского и плане «Перамога»
  13. Какую игру ведет Лукашенко, подготовка к мобилизации в Крыму, число убитых и сдавшихся в плен. Главное из сводок на 282-й день войны
  14. «Коллега еще чувствует себя неважно». Попытались узнать, что известно о белорусах, заболевших менингитом на складах Ozon в Подмосковье
  15. Как изменился Мариуполь на снимках из космоса: больше могил, снос домов, экран вокруг драмтеатра
  16. Военкоматы просят военнообязанных явиться в комиссариат без повесток. Обязательно идти?


С начала года чистый отток специалистов в белорусской IT-сфере — 5500 человек. И в последние месяцы ситуация только ухудшается, пишет dev.by. Компании активно релоцируют сотрудников не только в соседние Литву и Польшу, но и в более экзотические страны вроде Грузии или Мексики. Правда, есть и те, кто, несмотря на массовый отъезд коллег и друзей, по-прежнему остается в стране. Поговорили с ними о работе, зарплате и настроениях.

Фото Pixabay.com
Иллюстративное фото Pixabay.com,

«Недавно сравнивала свою зарплату по месяцам за последние полгода — нет, меньше не стала»

Сергей, Светлана и Евгений работают в ЕРАМ. По их словам, увольнений в компании не было: практически всем предлагали релокацию. Ее пик пришелся на апрель-май, но постепенно процесс продолжается до сих пор. Светлана и Олег говорят, что с их проектов отказались уезжать всего 30−40% сотрудников.

— Их перевели на проекты с менее принципиальными заказчикам, — объясняет Светлана. — Да, некоторое количество западных клиентов ушло, но их совсем немного. Работы хватает.

Евгений тоже говорит, что работа в Беларуси есть на тех проектах, где заказчики не против сотрудников из Беларуси. Однако будущее туманно.

— Да, если человек остается без проекта, то ему предлагаются различные тренинги и активно ищется проект. Но новых клиентов практически нет. Потому те, кто остался, понимают: если ситуация не поменяется, то переезд в другую страну, скорее всего, неизбежен. Он просто откладывается, — делится Сергей.

Что касается зарплаты, то, по словам наших собеседников, она за это время не упала.

— Недавно сравнивала свою зарплату по месяцам за последние полгода — нет, меньше не стала. Держится на более-менее стабильном уровне. Правда, пересмотры компенсаций пока откладываются, — рассказывает Елена.

— Никаких намеков на сокращение пока не поступало, — добавляет Сергей.

Офис ЕРАМ. Фото: официальный сайт компании

Между тем, Евгений говорит, что в его подразделении вернулись к практикам, которые были до февраля 2022 года.

— То есть вернулись повышения зарплаты, если человек работает и растет. Единственное, что добавилось условие: для пересмотра теперь необходимо чтобы человек работал на проекте.

А вот найм новых сотрудников в ЕРАМ приостановили, говорят наши собеседники. И когда компания снова начнет набирать работников, неизвестно.

«Будет постепенная деградация отрасли в стране. Российский рынок тут не спасет»

— Оставшиеся в Беларуси первое время очень нервничали, боялись увольнений, — объясняет Светлана. — На данный момент успокоились. Еще есть надежда, что клиенты не окончательно распрощаются с треугольником Беларусь-Россия-Украина и работа у нас будет. А перспективы пока непонятные. Провластные IT-компании останутся с работой. Но что будет с теми, кто по другую сторону? Вопрос времени. Вероятнее всего, рано или поздно все квалифицированные специалисты уедут, чтобы потом вернуться и поднимать страну из нынешнего состояния.

— Настроение немного тревожное. На всякий случай нужно быть готовым к тому, что придется переезжать за границу, — объясняет Сергей. — Однако мы все надеемся на лучшее и на то, что хотя бы этот небольшой айтишный островок безопасности не захлебнется в нашей стране. По поводу перспектив тяжело загадывать. Все зависит от дальнейших политических действий всех стран и их лидеров. Лично я считаю, что можно будет стабильно работать и достойно зарабатывать и отсюда. Однако оправиться от репутационного удара и вернуться в состояние, в котором мы были ранее, не получится еще около 5−7 лет.

У Евгения тоже пессимистичное настроение. Говорит, что не видит тенденции к улучшению качества жизни. Скорее, напротив.

— Закрытие частных медцентров, уменьшение числа хороших импортных товаров, инфляция — это все сильно влияет на качество жизни к которому многие привыкли. Если тенденция продолжатся, то переезд в другую страну скорее откладывается, чем отменяется. Уезжают в основном сильные и состоявшиеся специалисты, остаются в большей мере молодые. Какие перспективы в IT-сфере? Если ничего не поменяется с авторитетом Беларуси на международной арене и качеством жизни в стране, то отрасль уменьшится (если вообще останется). За неимением опытных специалистов, способных обучать молодых, будет постепенная деградация. Российский рынок тут не спасет. С тем уровнем жизни и потребления, которое есть в РФ, там не будут востребованы IT-специалисты в большом объеме. Я уже молчу про невозможность платить зарплату по мировым расценкам.

Фото: epam.com
Фото: epam.com

«„IT-чудо“ не испарится в один момент. Все-таки деньги решают»

Игорь работает в Andersen со штатом более 3500 человек. Его проект был завязан на российский банк, но компания прекращает работу с Россий, поэтому мужчина будет искать другое место.

— Что касается зарплаты, то тут могу и удивить: она выросла. А по поводу настроений у людей… Они разные. Иностранные компании не хотят брать себе сотрудников из Беларуси и России. Если вы хотите иностранный проект, то сейчас в 80% случаев это релокейт. О перспективах пока говорить рано. Могу сказать, что сотрудники с высоким уровнем навыков будут востребованы может даже выше, чем раньше.

Сотрудник Vizor Games Игнат говорит, что на работе значительного оттока кадров не наблюдается: уволились несколько десятков человек.

— Это совсем незначительные цифры от общего числа, — рассказывает он. — А вот прием на работу замедлился: за последние несколько месяцев вакансий стало в два раза меньше.

При этом, по словам молодого человека, работы хватает, а уровень зарплаты остался прежним. Но свое настроение Игнат описывает как «тревожное».

— Не могу говорить за всех, но, думаю, сейчас в Беларуси остались в основном те люди, кто еще не успел релоцироваться или пока не может это сделать по тем или иным причинам. Лично я до 24 февраля планировал через года полтора уехать в Киев. Но теперь, видимо, придется искать новые варианты. Благо компания позволяет это сделать и всячески помогает при релокации. Слежу за ситуацией и держу в уме вероятность того, что ситуация в стране ухудшится и придется внепланово уезжать хоть куда-то. Но хочется верить в лучшее.

Офис компании Vizor. Фото: официальная страница компании в Facebook
Офис компании Vizor. Фото: официальная страница компании в Facebook

Игорь — ведущий инженер-программист крупной компании iTechArt. Он говорит, что из их белорусского офиса сотрудников тоже перевозили в Литву, Польшу и даже Узбекистан. Причина все та же — заказчики не хотят работать с Беларусью.

— Но работа есть даже у тех ребят, кто остался. Компания довольно крупная. Многие, на самом деле, не хотят переезжать. Я сам очень много путешествую и уехать куда-то не проблема. Но даже несмотря на все происходящее, в Беларуси мне комфортнее. Многие разделяют мои взгляды. В конце февраля уехало очень много человек, а к лету большинство вернулись. Наверное, если случится что-то совсем страшное, вроде активных боевых действий на территории нашей страны или каких-то тотальных ограничений, то люди уедут окончательно. Но пока все надеются на лучшее.

Артем работает в компании Leverx. Говорит, что примерно 10% его подразделения уже трудоустроены в Евросоюзе. Он рассказывает про такие же тенденции, что и предыдущие собеседники: набор новых специалистов замедлился, компания также стала расти медленнее. Он пока в Беларуси, но перспективы для отрасли видит грустные:

— На мой взгляд «IT-чудо» не испарится в момент. Все-таки деньги решают, а «покупать» наших специалистов в этом плане очень выгодно. Но если у человека есть хороший заработок, много возможностей в жизни, готов ли он мириться с издержками, которые может понести при текущей власти в страна? Я думаю, все больше и больше людей, искавшие ответ на это вопрос после выборов 2020, решают устраивать свою жизнь в другом месте. А любые действия власти только подталкивает их к такому решению.

Марк из гомельской компании на 150 человек. В их компании релоцировалась пятая часть коллектива.

— Конкретно я работаю в Беларуси, так как проект старый. В целом сначала казалось, что если не уехали в первые два месяца, то уже не уедут. Но ситуация такая, что человек 20 готовят документы в Польшу (фирма помогает). А многие просто мониторят ситуацию с жильем в Грузии, так как цены там довольно высокие сейчас. Лично мы ждем достойной трешки в Грузии с арендой до тысячи долларов.

Марк, как и все наши собеседники, довольно пессимистичен. По его мнению, для IT в Беларуси будущего нет:

— Есть перспектива работать на Россию, но это теперь совершенно другие деньги. Но главная проблема для отрасли сейчас — джуны (начинающие программисты. — Прим.ред.). Дело в том, что фирмам они не нужны, так как заказчик требует разработчиков выше среднего уровня. Вырасти джуну до этого уровня без проекта невозможно. Раньше, когда было изобилие проектов, можно было подсадить его в команду и через полгода получить полноценного сотрудника. Сейчас такой возможности нет. Также джунов никто не собирается релоцировать. А без большого притока свежей крови отрасли не выжить.

«Сколько бы не оценивал разные варианты, самым выгодным и удобным остается Беларусь»

Текучки кадров в мелких IT-компаниях почти нет. Об этом говорит и Сергей, который работает в столичной фирме, занимающейся продажей и налаживанием специализированного софта. Коллектив у них небольшой: всего 10 человек. Сейчас компания работает на внутренний рынок и пытается пробиться в ЕАЭС.

— Рынак Расеі амаль зачынілі для сабе, украінскі зачыніўся для нас. Зараз спрабуем выйсці на рынкі Казахстана ды Узбекістана. Што тычыцца канкурэнцыі… Скажам так, калі рынак перастае расці, то у кампаній-замоўнікаў пачынае расці попыт на аптымізацыю выдаткаў ці на павышэнне эфіктыўнасці існуючых працэсаў. Наш софт дапамагае якраз з першым і другім, таму цалкам канкурэнцыі не адчулі. Але гэта датычацца існучючых кліентаў. З новымі крыху цяжэй. Аднак калі працуешь на лакальным рынку, ёсць плюс — невялікі попыт, але і канкурэнцыя таксама.

Как и у остальных наших собеседников, у Сергея осталась прежняя зарплата. Но вот о повышении пришлось забыть. Что же касается перспектив, то молодой человек называет себя «реалистом-оптимистом»:

— Ведаеце, я мабыць не самы тыповы жахар Беларусі, я да гэтага часу «рэалістычна-аптымістычна» настроены. Я прагну перамен і ведаю, што ніякіх перамен не адбудзецца, калі ўсе з’едзем. Але будзе цяжка. Калі нам не атрымаецца наладзіць сбыт на другіх рынках, у бліжайшые 3−4 месяцы будзе вельмі балюча. Ёсць адчуванне, што 2023 год будзе цяжкі для Беларусі. Палітыку пакуль пакінем па за дужкамі, бо яна ўсё памнажае на ноль.

Александр работает в небольшой компании на 20 человек. Говорит, что после начала войны уволилось два человека. Но при этом работа есть, признается парень.

— Я думаю, что руководство компании в первые дни войны поступило грамотно и объяснило клиентам, что мы не разделяем мнение власти. Заработки при этом повысились. В принципе, мы все ждем той критической ситуации, когда придется уезжать из страны. Но много ребят, которые ездили в другие страны, вернулись в Беларусь.

Александр тоже попытался релоцироваться. Он пробыл два месяца в Грузии, но жизнь ему там не понравилась.

— Было тяжеловато с некоторыми вещами. Например, со стоимостью жилья и продуктов. В Грузии есть явные проблемы в сфере медицины для иностранцев, что также повлияло на вопрос возвращения. В первое время отношения местных было не очень, зачастую приходилось говорить на английском. Чтобы обозначить свою позицию, можно было носить браслеты в цветах украинского флага, это помогало. Ну и сильно изменилось качество жизни в Грузии, по сравнению с Беларусью. Поэтому пока в Беларуси. Сколько бы не оценивал разные варианты, самым выгодным и удобным остается наша страна.

Фото Pixabay.com
Фото Pixabay.com

Андрей работает в столичной IT-компаний. В какой конкретно, не говорит, но называет ее «апошнi астравок бяспекі у Мінску».

— Так атрымалася, што кампанія наша працуе толькі на Заходні рынак і заказчык выдатна ведае нашу пазіцыю. Нікога не звольнілі і нікуды не перавялі. Заказчык цалкам падтрымаў нас. Працы хапае, заказы ёсць. Дзякуй багам, мы не працуем с СНД. Заробкi таксама не змянiлiсь. Больш за тое, хто заслужыў павышэнне, той яго і атрымаў. Ніякіх праблем. Пакуль наш астравок на плаву — баяцца няма чаго, як і хвалявацца. Глядзім за сітуацыяй. Калі што, шляхі адыходу ўжо ёсць.

А вот по поводу перспектив отрасли наш собеседник настроен пессимистично, как и все остальные:

— На маю думку, усё становіцца горш і горш з кожным днём. У беднай краіне ты будзеш бедным і не важна, дзе ты працуеш: у IT або прадпрымальнікам. Медыцыну страсянулі. Калі патрэбныя будуць грошы, і IT скалануць. Але на той момант у Беларусі застанецца вельмі мала кампаній. Ці такія, як «Научсофт» або «Сінэзіс». Але мы выдатна ведаем, што трэба мяняць у краіне, каб мы зноў вярнуліся да былой велічы ў той жа IT.