Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Магазинное молоко стоит неделю и не киснет, а горчит. В НАН рассказали, почему так происходит
  2. Семья школьника громко заявила о буллинге в гимназии. Подробности резонансной истории
  3. Соучредитель архитектурной студии ZROBIM architects рассказал о четырех месяцах в СИЗО
  4. Доллар обновил годовой максимум: итоги августа и прогнозы сентября
  5. Заплатили 8000 долларов за путевку — и получили кошмар. Беларусы неудачно съездили в Турцию
  6. Грузовой самолет КСИР третий раз за несколько недель прилетел в Минск
  7. «Реклама повсюду». Кто стоит за крупнейшими казино в Беларуси
  8. Западный политик догоняет Лукашенко по числу упоминаний. Исследователи показали, как меняется провластная пропаганда
  9. Из Литвы выслали 22 беларуса, работавших в IT-компании, — их признали угрозой национальной безопасности
  10. «Вы проработали 20 лет, но столько стажа у вас нет». Беларусы обсуждают пенсионную систему
  11. «Повернула голову — он уже лежал». Что известно про бегуна, который умер на Минском полумарафоне
  12. Мы и не думали, что такое бывает. Чем закончилась история с «окупасами» в минских Шабанах?
  13. Кочанова назвала один из вызовов для общества и государства — собирается навести порядок
  14. Эксперты установили причину смерти троих человек, чьи трупы были обнаружены в Быхове в начале августа
  15. Лукашенко встретился с российским олигархом
  16. Экс-политзаключенный Андрей Почобут вернулся в Беларусь — Gazeta Wyborcza
  17. Еще 4 млн квадратов за МКАД. Власти рассказали, где появится главный новый жилой район Минска


Отец политзаключенного Максима Знака, адвоката предвыборного штаба Виктора Бабарико, написал в соцсетях о свидании с сыном в колонии в Витебской области. Говорили о правилах распорядка и «новостях с юга», в которых заключенный юрист, по словам отца, разбирался даже лучше него.

Максим Знак. Фото из архива TUT.BY

Александр Знак рассказал, что свидание длилось четыре часа, а разговаривать пришлось через стекло и телефонную трубку. По его словам, Максим «выглядае нармалёва»:

— Пазнаў яго не адразу. Ну, не тое, каб ён моцна змяніўся, але фрэзура, адзенне… Штосьці новага, чаго не было ў лістах, не пачуў. Але пераканаўся, што фізічны стан яго добры. Сваім выглядам ён пацвердзіў, што мае пэўныя поспехі ў фізкультуры. Паліць і піць чыфір не пачаў. Трохі схуднеў, але праз тое, што адначасова павялічыліся цягліцы, гэта не вельмі заўважна. Хаця ён сцвярджае, што скінуў 9 кіло.

Цікавіўся навінамі на поўдні, але я аказаўся меньш дасведчаным у гэтым пытанні, чым ён.

Адносіны з калегамі нармальныя, што нельга казаць пра адносіны з адміністрацыяй. Яно і зразумела. Але падкрэсліў, што за межы правілаў унутранага раскладу ніхто не выходзіць. Проста ўмовы такія, што ўсё дасканала выконваць, што патрабуюць гэтыя правілы, Макс пакуль не навучыўся.

Прасіў усім перадаць прывітанне. Сустрэча адбывалася праз тыдзень пасля атрымання перадачы, таму шмат словаў было пра тое, як там усё смачна, і адпаведныя падзякі ўсім датычным. Дарэчы, ніякіх папрокаў у бок тамтэйшай сталоўкі не было. Працягвае верыць, што «будзе дзень!». Пэўна, менавіта гэта мяне больш за ўсё і здзівіла.

Напомним, Максим Знак — адвокат и юрист предвыборного штаба Виктора Бабарико. Его задержали в сентябре 2020 года вместе с главой штаба Марией Колесниковой. Оба проходили по одним и тем же уголовным статьям: их обвинили в заговоре, совершенном в целях захвата государственной власти неконституционным путем (ч. 1 ст. 357), создании экстремистского формирования и руководстве им (ч. 1 ст. 361−1), публичных призывах к захвату госвласти (ч. 3 ст. 361 УК).

Минский областной суд 9 сентября 2021 года вынес обвинительный приговор и назначил 11 лет колонии общего режима для Марии Колесниковой, для Максима Знака — 10 лет колонии усиленного режима.

КГБ включил обоих в список «террористов».

Правозащитники признали Максима Знака политзаключенным.