Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. На 21 мая в Беларуси объявили оранжевый уровень опасности из-за гроз и сильного ветра
  2. «Она в отпуске, не знаю, в творческом или принудительном». Как живет исполнительница «Шчучыншчыны», которая верит: «все будет хорошо»
  3. Российские войска меняют тактику. Главное из сводок штабов на 86-й день войны
  4. Защитники «Азовстали» сдаются. Вспоминаем хронологию 82 дней героической защиты Мариуполя
  5. Казни, пытки током, 350 человек в тесном подвале. Что военные РФ делали с жителями севера Украины — отчет правозащитников
  6. Украина призывает РФ забрать тела своих солдат, новое видео из Бучи, последние фото с «Азовстали». Восемьдесят шестой день войны
  7. Европарламент предложил распространить все санкции ЕС, введенные против России, и на Беларусь
  8. Запрет на пополнение рублевых вкладов и рост комиссии за снятие наличных с «чужих» карт. Банки вводят очередные изменения
  9. «Говорили: «Нет ничего у нас, не будет и у вас». Поговорили с девушкой, которая месяц жила в подвале под оккупацией на Черниговщине
  10. «Законопослушному человеку нечего бояться». С 2023 года налоговики запустят «супербазу» доходов населения
  11. В Бресте гимназист на перемене решил показать «солнышко» на турнике и получил сложный перелом позвоночника. Спасти его не удалось
  12. Госконтроль заявил, что в «Нордине» проводили ортопедические операции с нарушениями и уклонялись от уплаты налогов
  13. Пойдет ли Беларусь войной на Украину, уволенные российские военачальники. Восемьдесят пятый день войны
  14. Своих не бросают? Россия скрывает информацию о судьбе моряков с крейсера «Москва». Кажется, это уже традиция — рассказываем
  15. Устранение Лукашенко и сговор со спецслужбами Украины. Как прошел второй день суда над «группой Автуховича»
  16. Почти всех довоенных руководителей белорусского КГБ расстреляли. Объясняем, чем опасно драконовское законодательство
  17. Орудие, которое изменит все? Рассказываем о гаубице М-777, которую США начали поставлять Украине
  18. С 30 мая «Синэво» и другие частные медлаборатории перестанут делать ПЦР-тесты
  19. Российские военные вывезли в Гомель раненого подростка из Украины. Белорусские врачи спасли ему жизнь и помогли вернуться домой


Ирина Мельхер и ее сын Антон проходят обвиняемыми по уголовному делу «по группе Николая Автуховича». По статье «Акт терроризма» им грозит от 8 до 15 лет лишения свободы. О том, как обычная семья из Бреста попала в список террористов и какие у них условия в СИЗО, газете «Новы Час» рассказал Сергей Мельхер — сын Ирины и брат Антона.

Ирина и Антон Мельхеры. Фото из семейного архива
Ирина и Антон Мельхеры. Фото из семейного архива

В конце 2020 года государственные телеканалы сообщили о задержании Николая Автуховича. Его обвинили в создании «террористической группировки», которая действовала на территории Гродненской области: поджигала автомобили и дома сотрудников милиции. Автуховичу предъявили обвинение по ст. 289 УК (Акт терроризма). Вместе с Николаем задержали еще 17 человек. Среди них — православный священник из Бреста Сергей Резанович, его жена Любовь и сын Павел. Кроме того, по делу проходят Галина Дербыш, Ирина Горячкина, гражданская активистка Ольга Майорова, а еще мать и сын из Бреста Ирина и Антон Мельхеры.

Сергей Мельхер до сих пор не понимает, как его родные оказались фигурантами уголовного дела.

— Мать была знакома с Резановичами. Насколько мне известно, незадолго до того, как все произошло, брат отвозил маму к ним на день рождения, — объяснил мужчина.

Сергей восемь лет не живет в Беларуси. О задержании родных он узнал от отца, который в тот момент был дома. Вместе с ним был сын Антон, который начал заниматься программированием и работал над своим первым заказом. У отца болела нога, он мог ходить только на костылях, поэтому, когда раздался стук в двери, открывать пошел Антон. Молодого человека сразу забрали.

Когда с работы приехала Ирина, она поехала искать сына. Через некоторое время она вернулась домой в сопровождении следователей, которые провели обыск. Затем женщину взяли под стражу.

После того как Антона и Ирину поместили в СИЗО КГБ, в Беларусь вернулся Сергей. Он нашел родственникам адвоката. Связь с задержанными он поддерживает через их защитника. По словам Сергея, у Антона все более-менее в порядке, он держится. Правда, обострились старые проблемы с кожей, но ему передают все необходимые лекарства.

— В целом он адаптировался. В СИЗО КГБ у него были харизматичные соседи, которые помогли освоиться. Поэтому после их перевода в Брест, Антону было проще. В родном городе, как говорят, и родной воздух помогает.

У Ирины «все сложно». В заключении у нее возникли проблемы со здоровьем:

— Когда ее перевели в Брест, ей сразу выделили нижнюю койку, но потом ее — 66-летнюю пенсионерку с лишним весом — перевели на верхнюю полку. Сама она туда залезть не могла, ей нужна была помощь кого-то из соседей. При этом она часто ходит в туалет, в том числе ночью, так как есть проблемы с почками. Она сама слезала, но залезть назад не могла, поэтому сидела и ждала, пока кто-нибудь проснется и поможет ей.

Сейчас, по словам Сергея, Ирину снова перевели на нижнюю полку.

В брестском СИЗО женщина попала в карцер. Сын объясняет, что матери предложили сказать на камеру, что она является деструктивным элементом. Она отказалась и попала в ШИЗО, где провела шесть дней.

— Когда она оттуда вышла, у нее воспалились ягодицы, она не могла сидеть. Поэтому ее перевели на постельный режим, чтобы она могла лежать. Но буквально через пару дней ее вызвали на допрос. В общей сложность мать там просидела много часов. И это притом что она не может сидеть. Считаю, что это фактически пытки, — сказал Сергей.

Кроме того, в начале лета на Ирину и Антона завели еще одно уголовное дело. На этот раз за хоровод на перекрестке в Бресте 13 сентября прошлого года.

— В декабре будет уже год (как Ирина и Антон находятся за решеткой. — Прим. Zerkalo.io), и мы надеемся, что до этого времени их выпустят. Потому что совсем нет понимания, что это и почему, — объяснил Сергей.

Все прошения об изменении меры пресечения матери и сыну отклоняются, по их уголовному делу никаких подвижек нет.

— Хорошо, что помогают люди — знакомые, родные, друзья. Мы достаточно обособленная семья — мама, папа, Антон и я. Но нам очень помогают. Я не думал, что так может быть. Помогают даже друзья, с которыми мама поругалась. Ты просто переубеждаешься, насколько люди — люди, — рассказал Сергей.