Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. В Березовском районе сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Погибли четверо детей в возрасте от 2 месяцев до 6 лет
  2. Самая большая взятка для Лукашенко? Новое расследование BELPOL о строительстве резиденции политика на Минском море
  3. Понимал, что болезнь смертельная, но верил в жизнь. Умер экс-боец ПКК Александр Царук — он вернулся с войны и узнал, что у него рак
  4. 58 человек погибли, судьбы многих выживших оказались сломаны. Вспоминаем, как почти 40 лет назад под Минском разбился самолет
  5. Иран прокомментировал итоги атаки на Израиль и рассказал о своих дальнейших планах
  6. «Вся эта ситуация — большое горе». Поговорили с сестрой пророссийской активистки Мирсалимовой, уехавшей из-за «уголовки» за политику
  7. Лукашенко уже 17 дней не может назначить главу своей администрации. Вот почему это странно
  8. Чиновникам дали задания, как мотивировать беларусов работать дольше и не увольняться. Бюджетников и уехавших тоже касается
  9. Снарядов не хватает, украинцам приходится отбиваться стрелковым оружием. США не помогают Украине — и вот к чему это приводит
  10. «Повлиять на ситуацию не можем, поэтому готовы и ждем». Связались с беларусами в Израиле — как они провели ночь во время иранской атаки
  11. «24 часа от Минска до аэропорта в Варшаве». Автобусный коллапс на границе с Польшей продолжается


Министерство обороны Беларуси совместно с Министерством здравоохранения в данный момент работают над изменением требований к состоянию здоровья людей, поступающих на военную службу. Поводом для этого стала реакция ведомств на «большое количество обращений граждан», которые считают, что нынешние требования к состоянию здоровья завышены и не позволяют молодым людям реализовывать мечту стать военным. Мы поговорили с теми, у кого такая мечта действительно была, и узнали, пошли бы они в армию сейчас.

Мероприятия, посвященные началу учебного года в воинских частях Беларуси. Фото: пресс-служба Минобороны РБ
Белорусские военные. Фото: пресс-служба Минобороны РБ

Имена собеседников изменены, их данные есть в редакции.

«Если бы сказали ехать в Украину, я бы дезертировал»

Сейчас Сергею 30 лет, но юношеская мечта стать военным до сих пор с ним, вопреки состоянию здоровья. Стремление служить в армии у него появилось еще в 14 лет, когда засматривался сериалом «Солдаты».

— Плюс тогда были популярны компьютерные игры, я очень хорошо играл в онлайн-стрелялки. Поэтому думал, что я прирожденный военный, — вспоминает он. — Сейчас понимаю, что в реальной жизни не все так радужно. Но тогда это было очень большой мотивацией.

Когда в 16 лет Сергей проходил приписку к призывному участку, ему сказали, что годен. И подросток с нетерпением ждал повестки.

— Тогда я загорелся этим, думал, что вот пойду в армию, буду служить, останусь там, стану офицером. У меня вообще была такая мечта. До призыва я начал всерьез заниматься спортом, думал, пойду в спецназ. Но потом пришел на медицинское обследование, и лор мне поставил диагноз — нейросенсорная тугоухость. В реальной жизни это никак не мешает, я слышу лишь чуть хуже, чем остальные. И вот я стою на призывной комиссии, а мне говорят, что я не годен. — Как это не годен? — Ну, с таким диагнозом мы тебя не можем взять. Я расстроился. Решил взять все в свои руки, пошел к начальнику военкомата. Говорю, мол, товарищ полковник, служить хочу. Он еще очень удивился: «Обычно ко мне по-другому вопросу приходят, не хотят в армию».

Уже закончив колледж, Сергей пытался устроиться и в МЧС, и в милицию — не отпускала мечта. Но везде смотрели его документы, видели, что к службе не годен, и отказывали. Впрочем, война в Украине заставила собеседника пересмотреть свои приоритеты.

Фото: телеграм-канал Министерства обороны Республики Беларусь
Служащие 120-й отдельной гвардейской механизированной бригады. Фото: телеграм-канал Минобороны Беларуси

— В связи с последними событиями желание быть связанным со всем этим уже меньше (смеется). Но если не обращать внимание на то, что происходит, может быть и пошел бы сейчас служить, если бы стало возможно. Я чувствую, как будто бы у меня было предназначение в жизни, а какой-то пустяк его сломал, — говорит мужчина. — Что касается войны в Украине, то есть такое понятие как человеческий принцип. Я много раз ездил туда, а теперь [россияне] проявляют агрессию по отношению к братской стране… Присоединяться к ним у меня нет никакого желания. Даже если бы мне вдруг сказали, что несмотря на то, что я негоден, нужно участвовать в агрессии, а потом меня сделают офицером и исполнится моя мечта, я бы все равно не пошел. Потому что человечность — это главное.

При этом Сергей уверен: от простого солдата, который любит службу, «здесь ничего не зависит». Да и все равно нужны те, кто будет защищать своих людей.

— Когда подросток хочет в армию, он смотрит на это через розовые очки. Но потом они разбиваются о реальность. Ведь какая задача военного? В первую очередь воевать, — рассуждает он. — У нас такое совковое воспитание, что если к нам придут захватчики, мы будем защищать Родину, и это почетно. Даже отмечаем 23 февраля. Но когда мы проявляем агрессию по отношению к фактически нашим братьям, это неправильно. Если бы я сейчас все-таки служил в армии и мне сказали ехать в Украину, я бы дезертировал. Не потому что я трус. Если бы к нам пришли захватчики, я бы пошел защищать страну. Но проявлять агрессию против Украины? Нет, на такое я не согласен.

«Я хотел служить в „элите“, а не просто водить машину»

Об армии 24-летний Иван задумывался с детства: его дядя служил в ВДВ, и мальчик очень хотел пойти по его стопам. Уже в школе мечта переросла в план: собеседник хотел отслужить, а потом остаться на контракт. Даже не планировал поступать никуда после школы. Правда, закончил 11 классов еще несовершеннолетним и, чтобы не терять время, поступил в колледж. А потом еще несколько лет работал по распределению.

— Все это время являлся по повесткам, проходил медкомиссию. Кроме плоскостопия и недовеса, проблем не было, — говорит Иван. — И вот пришло время призыва. Я, как и положено, явился в военкомат. Там меня спросили, куда сам хочу идти. Ответил, что в спецназ или ВДВ, а мне сказали, что для этого не та группа здоровья. Тогда попросился в погранвойска. В военкомате согласились, но потом увидели в личном деле, что у меня есть права категории B и C: «О, нет, ты там не нужен. Поедешь в Минск или в Печи».

Фото: Анастасия Шингель, «Ваяр»
Белорусские военные. Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Анастасия Шингель, «Ваяр»

Узнав, что в войска, о которых он мечтал, его не отправят, Иван расстроился. Пытался просить изменить решение, в военкомат даже ходил его отец. Но ничего не помогало.

— Я хотел служить в «элите». Всю жизнь занимался спортом: борьба, бокс. А тут меня хотят забрать туда, где нужно водить машину, только потому, что я сам отучился на права. Меня очень задело, что изначально они согласились отправить в погранвойска, а как только увидели, какие у меня категории прав, — сразу передумали. Я считал, что достоин большего, чем просто полтора года водить машину, — объясняет свои чувства собеседник.

Молодой человек смирился, хотя и расстроился, и ждал, когда поедет в армию. Перед тем, как отправлять в часть, призывников еще раз осмотрел врач. Ивану сказали сделать рентген стоп, учитывая его диагноз.

— Вернулся в военкомат со снимком, и мне говорят: «Ты не годен». Я стоял в шоке. Спросил, почему нет. Мне ответили, что плоскостопие переросло с третьей степени в четвертую, а с такой быть военным нельзя. А уже на следующий день я должен был ехать в часть. Помню, спросил: «И что, мне завтра не приходить?» — вспоминает собеседник. — Тогда я очень удивился и даже обрадовался, потому что не хотел служить в обычной бригаде, но был уверен, что это просто отсрочка на год. А потом понял, что годен только в военное время. Тогда еще с ухмылкой подумал: «Не хотели отправить туда, куда я хочу, не пойду вообще». Было чувство, что утер нос военному комиссару.

В феврале 2019-го, через несколько недель после того, как Иван получил свой военный билет, Александр Лукашенко заявил, что плоскостопие не должно становиться причиной отказа в военной службе. Уже через год список болезней, при которых можно в армию, действительно расширили, но плоскостопия это практически не коснулось, и Иван так и не получил ни одной повестки. А когда его вызвали в прошлом году на сверку данных, решил просто не приходить. К тому же за это время успел существенно разочароваться в белорусской армии.

— Мое отношение изменилось еще до начала войны. Причиной стали разговоры с теми, кто служил. Из них становится ясно: наша армия совсем не готова к каким-то боевым действиям, разве что спецподразделения. Остальных ничему не учат, — уверен собеседник. — Теперь в армию не хочу. После событий 2020 года стало понятно, что все наши силовые структуры защищают явно не народ. У меня есть друзья, которые работали в МВД, в спецназе и в ОМОН, и большинство расторгло контракты и уехало. А те, кто пока остались, все равно планируют уходить. Да и у меня теперь тоже нет желания служить государству, которое тебя душит.

Мысли о том, что белорусская армия так или иначе может быть втянута в войну в Украине, у молодого человека есть. Но готов и план действий: сейчас Иван работает дальнобойщиком, и если Беларусь втянут в конфликт, планирует просто не возвращаться на родину и остаться в Европе.

— Я против войны и надеюсь, правительству хватит ума и смелости не вступать в конфликт. Но даже если так получится, что выезд ограничат и я не смогу уехать, лучше сяду в тюрьму, чем пойду выполнять преступные приказы и нападать на другую страну, — заключает мужчина.

Читайте также: