Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. «Киберпартизаны» сообщили о масштабной кибератаке на «Гродно Азот» и выдвинули условие для восстановления данных
  2. «Никто не ожидал такой шторм!» Беларус рассказал, как сейчас в Дубае, где за 12 часов вылилось столько дождя, как обычно за год
  3. 18 погибших и 78 пострадавших, в том числе и дети: в Чернигове завершились поисково-спасательные работы
  4. «Долгое время работал по направлениям экономики и связи». МТС в Беларуси возглавил экс‑начальник КГБ по Минску и области
  5. Комитет Сейма Литвы одобрил предложение по ограничению поездок беларусов с ВНЖ на родину
  6. Депутаты решили дать силовикам очередной супердоступ к данным о населении. Согласие людей не надо будет (если документ утвердит Лукашенко)
  7. Российские войска используют новую тактику для проведения штурмов на востоке Украины — вот в чем ее суть
  8. У Лукашенко есть помощник по вопросам «от земли до неба». Похоже, он неплохо управляет жильем, судя по числу квартир в собственности
  9. «Довольно скоординированные и масштабные»: эксперты оценили удары, нанесенные ВСУ по целям в оккупированном Крыму и Мордовии
  10. В литовском пункте пропуска «Мядининкай» сгорело здание таможни. Движение было временно приостановлено
  11. Лукашенко анонсировал возможные изменения для рынка труда. Причина — «испаряющиеся» работники (за кого могут взяться на этот раз)
  12. «Пытаются всеми силами придать некую наукообразность полету». Мнение ученого о визите беларуски на МКС
  13. В 1917-м национальным флагом беларусов мог стать совсем не БЧБ. Смотрите, как выглядел его главный конкурент
  14. Появились слухи о закрытии еще одного пункта пропуска на литовско-беларусской границе. Вот что «Зеркалу» ответили в правительстве Литвы
  15. Списки песен для школьных выпускных будут «под тотальным контролем». Узнали почему (причина вас удивит)
  16. Окно возможностей для Кремля закрывается? Разбираемся, почему россияне так торопятся захватить Часов Яр и зачем разрушают Харьков


Больше двух лет назад Конституционный суд Польши запретил проведение абортов практически при любых обстоятельствах. С тех пор известен уже не один случай, когда женщины погибали из-за того, что врачи отказывались прервать их беременность даже по медицинским показаниям. В Беларуси же, согласно статье 27 закона «О здравоохранении», у женщины есть право самой решать вопрос о материнстве. Беременность по медицинским показателям можно прервать на сроке до 12 недель, медикаментозным методом — до семи. Несмотря на это, белоруски, принявшие такое решение, нередко сталкиваются с психологическим давлением в медицинских учреждениях. «Зеркало» поговорило с женщинами, которые через это прошли.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com

«Напоминало спор, где она любым способом должна была доказать свою правоту». Столкнулась с давлением в кабинете психолога

Сейчас Елене (имя изменено) 26 лет. Год назад она забеременела от мужчины, с которым они жили вместе уже два года. Несмотря на крепкие отношения, детей не планировали: у обоих только-только начались первые успехи в карьере.

— О беременности мы узнали на третьей неделе — это довольно ранний срок, поэтому обсудили ситуацию и решили делать медикаментозный аборт. В государственную поликлинику я обращаться не хотела, — сразу говорит Елена. — У моей подруги был опыт прерывания беременности там — из кабинета «бесплатного» психолога она выбежала в слезах и сказала, что с ней обращались крайне непрофессионально.

Собеседница решила поехать в частную клинику областного центра, который находится ближе всего к ее городу. Там, по словам женщины, гинеколог корректно провел прием, рассказал последовательность действий: нужно сдать анализы, сделать УЗИ, посетить психолога клиники и только потом получить нужные таблетки для прерывания беременности.

— Тому врачу я очень благодарна: он спокойно объяснил, что риска для моего организма нет абсолютно, чтобы я не переживала, и сказал, что к психологу нужно сходить, только потому что этого требует система. Так как я специально выбрала платную клинику, я не особо беспокоилась. Но слава богу, что нам разрешили прийти на прием к психологу вместе с моим мужчиной! Иначе не знаю, как бы я выдержала все то, что мне говорили, — признается Елена. — Началось все достаточно дружелюбно: специалист улыбалась, говорила очень тихим и мягким, будто бы успокаивающим голосом. Но потом я начала понимать, что таким образом она наоборот давит на меня и осуждает мое решение.

По словам женщины, психолог почему-то говорила о своем опыте воспитания детей, рассказывала, «какая она молодец, что у нее появился ребенок, когда она была молодая, и что она между кормлением и воспитанием бегала в университет и сдавала экзамены», и как все это было тяжело, но сейчас «она себе благодарна и у нее прекрасные дети».

— Помимо личного опыта, она еще говорила что-то в духе: «Вы же понимаете, что вы теперь навсегда мамочка? Мамочка малыша, который не родится и навсегда останется ангелочком рядом с вами». Затем психолог показывала видео о том, как ребенок выглядит сейчас, на третьей неделе. Я не сказала бы, что я хорошо разбираюсь в биологии, но не уверена, что то, что она показывала, было на самом деле правдой.

При этом Елена отмечает, что видео не произвело на нее устрашающее впечатление. Гораздо хуже, по ее словам, было количество вопросов о причинах решения прерывать беременность.

— Мы общались довольно вежливо, но в какой-то момент я уже начала немного выходить из себя. Встреча строилась на анкете, которую мы с партнером должны были заполнить. Каждый вопрос мы обсуждали с психологом, хотя анкета была очень странная: с личными вопросами о будущем и прочее. На каждый наш ответ у нее находился контраргумент. Разговаривать было очень тяжело: это напоминало спор, где она любым способом должна была доказать свою правоту, — говорит Елена. — На все ушло где-то около часа, после этого она провела нас к гинекологу.

Криков, оскорблений и унижений не было, но давление и осуждение, которые ощущала женщина, по ее словам, сработали еще хуже:

— Я не могла забыть об этом разговоре около полугода, плакала очень много и долго. Впоследствии мне пришлось обратиться за психологической помощью, и только после года работы с другим терапевтом я смогла прийти в себя. К сожалению, для меня это был очень тяжелый опыт.

Тем не менее беременность Елена прервала. С тех пор она еще раз обращалась в ту клинику — пройти повторное УЗИ, чтобы убедиться, что все прошло хорошо.

«Такая политика, что аборты не делают». Прервала беременность до седьмой недели

О своей беременности Илона (имя изменено) узнала в 22 года — тогда она только-только закончила университет.

— У меня случилась небольшая задержка, и я сразу запаниковала, — вспоминает она. — Срок должен был быть настолько маленький, что на тот момент тест из аптеки ничего бы не показал. Но я чувствовала, что с телом происходит не то, что обычно у меня бывает в ПМС: например, грудь как будто увеличилась, соски огрубели.

Илона сразу же поделилась переживаниями со своим мужчиной, а вскоре подозрения подтвердились: тест показал, что она беременна. Женщина не ожидала, что такое случится именно с ней, хотя из средств контрацепции она пользовалась только прерванным половым актом (по оценке ВОЗ, такой способ не срабатывает в 20% случаев. — Прим. ред.).

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com

Сейчас Илоне 27, и она жалеет, что в том возрасте у нее не было более опытных старших подруг. А так как родители на тему секса тоже не говорили, просветить ее было просто некому. Партнер, по словам Илоны, тоже был не очень образован в этих вопросах.

— Когда я увидела две полоски, была в шоке. Я понимала, что или меня ждет аборт, или придется рожать. Оба варианта мне не нравились, — рассказывает собеседница. — Почти сразу я решилась прерывать беременность, хотя сомневалась. Но не потому что я теперь якобы убийца, а потому что переживала, смогу ли я забеременеть еще раз, когда этого действительно захочу.

Так как раньше у Илоны не возникало проблем со здоровьем, к гинекологу она не ходила. И для нее первый «взрослый» визит к врачу — сразу беременной — выглядел еще более пугающим.

— Сначала гинеколога мне выбрала мама, но та врач мне сразу не понравилась: уже даже не помню почему. Поэтому после этого я записалась в один известный медицинский центр. Как вы понимаете, хотелось поскорее решить свою проблему, а к хорошим врачам записываться нужно минимум за пару недель, — говорит Илона. —  Когда я пришла, сразу сказала, что хочу делать аборт. Врач же стала интересоваться, точно ли я решила, предложила мне «сходить еще подумать». Она общалась тактично, но вбрасывала почву для размышлений и в глазах читалось осуждение.

В итоге гинеколог призналась, что в их клинике такая политика, что аборты они не делают. А потом Илону смутило, что во время осмотра врач нашла у нее эрозию шейки матки и сказала: прежде всего надо вылечить эту проблему, а уже потом думать об аборте.

— Тогда я несколько раз задавала вопросы, не поздно ли будет делать медикаментозный аборт, пока мы решаем проблемы с эрозией, — говорит Илона. — Врач говорила, что все будет хорошо, но параллельно я уже искала другую клинику.

То, что в Беларуси называют «эрозией шейки матки», в англоязычных источниках чаще всего встречается как «эктопия шейки матки». Это состояние считается довольно частым, особенно среди молодых женщин, и становится заметнее при беременности. Эктопия может увеличить определенные риски для здоровья в третьем триместре, однако после родов шейка матки, как правило, принимает свое обычное состояние. Кроме того, сама по себе эктопия не требует лечения, если проходит для женщины бессимптомно: об этом заявляют многие медицинские источники.

В конце концов Илона успела сделать процедуру в другом частном медицинском центре. Там ее не старались отговорить от аборта, а еще — сами предложили подобрать женщине гормональные контрацептивы. По словам собеседницы, претензий к первому врачу у нее нет — вопросы остались скорее к позиции клиники.

— Как мне объяснили, они не проводят аборты, потому что рекламируют свои услуги ЭКО. Якобы там, где делают ЭКО, не должны делать аборты. Честно говоря, мне это непонятно, — до сих пор удивляется Илона. — Да, кто-то не может забеременеть и очень хочет ребенка, а кто-то беременеет легко, но не хочет детей — так устроен мир. А когда ты в уязвимом положении и тебе врач заявляет, что они не делают такую процедуру, сразу начинаешь винить себя. Мол, а почему, разве это что-то плохое? Это очень психологически давит. Если бы я не так твердо решила делать аборт, может быть, мое решение изменилось бы в таких обстоятельствах.

Илона говорит, что вся эта история сильно отразилась на ней психологически. Несмотря на это, сложная ситуация помогла женщине укрепить отношения со своим мужчиной. Сейчас они в браке и задумываются над тем, чтобы завести детей — но уже сознательно.

«Чувствовала себя обманутой». Решила сохранить ребенка, после того как врач затянула со сроками для медикаментозного аборта

У 25-летней Светланы (имя изменено) уже есть двое детей. Младшего ребенка она родила в октябре 2022 года. А в январе 2023-го стало известно, что женщина снова беременна.

— Это было не запланировано, — рассказывает она. — Вопрос прерывания беременности встал еще и потому, что с прошлых родов прошло слишком мало времени. Муж сказал, что примет любое мое решение.

Тогда Светлана обратилась в государственную женскую консультацию по месту жительства — к врачу, которая также вела ее вторую беременность. Сначала нужно было сдать анализ на ХГЧ (гормон, который вырабатывается в организме после имплантации эмбриона и по которому определяют наличие или отсутствие беременности. — Прим. ред.). Оказалось, что срок Светланы — пять недель.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com

— Когда я пришла к врачу уже с результатами анализа, она сказала: «Ну как же так, надо было предохраняться». А потом начала всячески отговаривать от аборта: приводила аргументы о большой семье, любящем муже, а еще говорила о статусе многодетной семьи, — вспоминает собеседница. — Основным аргументом гинеколога было то, что я молодая и сейчас есть возможность «отстреляться», а после родов уже можно сделать перевязку труб. Причем это предложение неоднократно звучало. Также врач напоминала, что я недавно родила и у меня есть еще один маленький ребенок: мол, где одна тарелка супа, там найдется и вторая.

После такого разговора Светлану отправили на консультацию к психологу. Она, по словам собеседницы, была крайне лояльна и тактична, выписала ей справку и отпустила ждать три дня — до следующего приема у гинеколога.

— На приеме у гинеколога мне дали направления на другие анализы и сказали приходить еще через неделю. Тогда я уточнила, успею ли я сделать медикаментозный аборт и возможно ли это в поликлинике, — рассказывает собеседница. — Мне ответили, что да. Когда я пришла с результатами новых анализов, врач интересовалась, не передумала ли я, и посоветовала пообщаться на эту тему со старшими родственниками. В итоге она попросила прийти еще через пару дней к заведующему отделения за препаратом для прерывания беременности.

Когда Светлана оказалась у завотделения, выяснилось, что нужного препарата у них в наличии нет. Купить его в аптеке самостоятельно тоже нельзя.

— И главное: мой лечащий врач знала об этом. Сменить врача в поликлинике тогда возможности не было, да и обращаться в госучреждение я уже не хотела, потому что чувствовала себя обманутой, — говорит женщина.

Согласно закону «О здравоохранении», врач имеет право отказаться от проведения искусственного прерывания беременности, если это непосредственно не угрожает жизни или здоровью женщины. Но для этого врач должен письменно уведомить о своем решении руководителя медучреждения, а он в свою очередь должен организовать проведение процедуры с помощью другого специалиста.

В тот же день Светлана обратилась в частный медицинский центр, где ей сообщили о том, что срок уже большой — то есть медикаментозный аборт можно сделать только в стационаре, а лучше и вовсе прибегнуть к хирургическому. Для этого пришлось записываться в другую клинику, где такую процедуру делали.

Срок к тому времени был уже восемь недель. Светлана очень боялась хирургического вмешательства, поэтому еще раз посоветовалась с мужем, и они решили все-таки не прерывать беременность.

— Анализы были хорошие и, когда я снова пришла в женскую консультацию, мне сказали, что все протекает прекрасно. Я сдавала анализы на базе поликлиники, а так как в первом триместре осмотров практически нет, я общалась с тем врачом очень мало, — говорит Светлана. — К сожалению, на 17-й неделе случился выкидыш. Видимо, мой организм не выдержал нагрузки. После всего произошедшего я поняла, что все-таки уже не могу доверять этому врачу как специалисту.

В ближайшие несколько лет, по словам собеседницы, она точно не готова рожать.

— Хотелось бы, чтобы врачи говорили о рисках для здоровья и давали больше информации, а не просто боролись за демографию. Когда мы решили сохранить беременность, я долго не могла смириться с мыслью, что буду многодетной мамой в 25, — признается собеседница. — В целом я не держу зла на врачей: все же женский организм — это очень сложная система и никто не мог предугадать, что будет. Но теперь я бы предпочла по вопросам прерывания беременности сразу обратиться в частный медицинский центр, так как в поликлинике мне ничем не помогли.

Согласно исследованию 2019 года, если женщина прерывает нежеланную беременность, она с большей вероятностью забеременеет в будущем, когда этого захочет, чем женщина, которую лишили доступа к аборту.