Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. В минский паб «Брюгге» на диджей-сет российского экс-комика «ЧБД» ворвались силовики. Вот что удалось узнать
  2. Взломан популярный беларусский портал Realt.by — в сеть утекли данные 900 тысяч пользователей
  3. «Настоящие друзья» не только для Беларуси. Как в мире отреагировали на гибель президента Ирана и его чиновников
  4. Александр Лукашенко произвел кадровые назначения в КГБ и потребовал искоренить «скрытое мышкование типа крышевания»
  5. С 1 сентября у десятиклассников из расписания исчезнет «История Беларуси» как отдельный предмет. Вот чем ее заменят
  6. В Беларуси цены на автомобильное топливо постепенно вырастут на 8 копеек. Первое подорожание — 21 мая
  7. Силовики могут быстро получить доступ к вашему аккаунту в Telegram. Рассказываем о еще одной уязвимости
  8. С июля беларусов будут хоронить по-новому. Теперь чиновники объявили, что подготовят очередные изменения по ритуальным услугам
  9. «Нам не штрафы нужны и наказания». Лукашенко собрал совещание по работе контролирующих органов
  10. «Из жизни ушли настоящие друзья Беларуси». Лукашенко и беларусский МИД отреагировали на гибель президента Ирана
  11. После гибели президента Ирана пропаганда в Беларуси и России обвиняет всех подряд. Вот какие версии выдвигаются — и что с ними не так
  12. СК завел уголовное дело на всех участников выборов в Координационный совет — им угрожают отъемом жилья
  13. Спикер ВМС Украины: Вероятно, в Крыму потоплен еще один российский корабль — последний носитель крылатых ракет
  14. «Нет никаких признаков, что пассажиры выжили». Спасатели нашли разбившийся вертолет президента Ирана — он погиб
  15. Эксперты сообщили о продвижении россиян в Волчанске и рассказали, на каких направлениях у армии РФ есть еще успехи
  16. «Дед заслужил эту квартиру, потому что свое здоровье положил на войне». Что рассказали герои сюжета госТВ об изъятии жилья у эмигрантов
  17. Власть грозит уехавшим беларусам арестом и конфискацией жилья. А это законно? Можно ли защитить собственность? Спросили у юристов
  18. Политзаключенная Полина Шарендо-Панасюк не вышла из колонии в предполагаемую дату освобождения. Она в СИЗО Гомеля


Владислава Бохана в медиа называют пранкером, но сам себя он считает художником, который занимается акционизмом. 30-летний белорусский учитель истории стал известен после проведения серий акций в белорусских и российских школах. Он просил учителей организовать и провести мероприятия то в поддержку обсуждения поправок в Конституцию, то в честь себя как Героя России. В интервью «Зеркалу» Владислав Бохан рассказал, почему считает, что то, что он делает — это искусство, а не розыгрыш.

Владислав Бохан возле своей работы, фото предоставлено героем публикации
Владислав Бохан возле своей работы. Фото предоставлено героем публикации

«Накопать на меня можно было много и посадить надолго»

— Расскажите немного о себе — откуда вы, чем занимались в Беларуси до отъезда и почему уехали из страны?

— Я из Минска, на протяжении шести лет работал в школе № 134 в Серебрянке учителем истории, кстати, там я и провел свою самую первую акцию. Параллельно занимался творчеством, но тогда это было, скорее, хобби, которое если и приносило доход, то минимальный.

Из Беларуси я уехал в июле 2021 года сразу же после задержания СОБР и ГУБОПиК по подозрению по статьям 342 и 293 Уголовного кодекса (Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок и массовые беспорядки. — Прим. ред.). Ну, классика. Накопать на меня они ничего не смогли, потому что у них оперативная работа, как я понял, практически на нуле. Мне назначили суд по административной статье за неповиновение сотрудникам милиции. Но до суда отпустили. Возможно потому, что я тогда был на костылях: проходил реабилитацию после перелома ноги.

В теории, на меня накопать можно было очень много и посадить очень надолго, поэтому я решил воспользоваться моментом. Мне повезло, удача — дело такое, которым нельзя пренебрегать. Все было готово заранее (я предполагал, что этот день настанет), и в тот же вечер я уехал через Россию в Украину, теперь я в Польше.

— Чем вы привлекли внимание правоохранителей и как вас задерживали?

— Одна группа ворвалась в мою квартиру через входную дверь, а вторая — через балкон. Чем привлек внимание? Скажем так, Серебрянка была таким районом, который во время революции (речь о событиях 2020 года. — Прим. ред.) давал о себе знать. Причем не только мирными методами. И я был заметен, был одним из заводил. Конечно, я соблюдал все меры конспирации, но опасался, что органы могут вскрыть мою причастность.

— Вы говорили, что еще в Беларуси начали заниматься искусством. Что вы делали?

— Я учился на историческом факультете БГУ на кафедре этнологии, музеологии и истории искусств. Меня заинтересовала современная живопись, я решил, что тоже смогу так рисовать.

Сначала нашел свои старые школьные краски, потом взялся за масло, а в 2019 году подал свои работы на выставку, о которой узнал из социальных сетей. Три мои работы отобрали, и осенью я поехал с ними в Москву на выставку «Осень пахана», приуроченную ко дню рождения Путина.

Мы вызвали интерес у местных полицейских, выставку они сорвали, заварили дверь, и на следующий день об этом написали все крупнейшие российские СМИ. Тогда я понял — в искусстве что-то есть, раз это так напугало российские власти. После этого оно стало для меня чем-то большим, чем хобби.

«Пранкером я себя не ощущаю»

— А как вы сами называете то, чем занимаетесь сейчас? Это пранк или перформанс?

— Я называю это акциями, это широкое понятие, что-то между искусством и политическим действием. Цель пранка — вызвать смех, а в своих акциях я выступаю в роли постановщика, задаю сценарий, который люди реализуют, а дальше уже как получится.

Акция, в отличии от перформанса, где сценарий практически полностью прописан, — это триггер, и события могут развиваться абсолютно по-разному. Поэтому то, что делаю, я отношу к околохудожественному акционизму.

— То есть вы себя считаете художником?

— Пранкером я себя точно не ощущаю. Выхватили этот термин из интернета и клеймят меня пранкером. Я себя считаю именно художником, потому что те акции, которые я провожу — это практическая часть нашего большого художественного проекта, а теория — это наши картины. В начале августа в Варшаве пройдет наша двухдневная выставка.

— Почему вы решили заняться такими акциями?

— Идея для первой возникла достаточно спонтанно. Тогда по интернету активно гуляли постановочные кадры с тем, как рабочие коллективы обсуждают поправки в Конституцию и смотрят обращение Лукашенко. Я подумал, что было бы неплохо добавить туда знакомых лиц, вспомнил свою школу, где работал, и решил, что надо поэкспериментировать.

Официозный язык я знаю, потому что во время работы видел множество положений и прочих документов. Ради интереса я создал почтовый ящик от имени диалоговой площадки по обсуждению поправок в Конституцию по Ленинскому району города Минска, отправил в школу письмо с просьбой провести обсуждение. И они сделали то, о чем я просил.

Учителя обсуждают поправки в Конституцию. Акция Владислава Бохана. Февраль 2022 года. Фото: «Вясна»
Учителя обсуждают поправки в Конституцию. Акция Владислава Бохана. Февраль 2022 года. Фото: «Весна»

Я был немного шокирован, возник неожиданный для меня резонанс. И решил, что надо попробовать еще, но уже с некой концепцией, не просто для того, чтобы показать, что это все постановка, а заложить какое-то завуалированное послание.

Следующей стала акция в российском городе Клине, где я организовал субботник под лозунгами Третьего рейха. Целью было вызвать диссонанс, показать, что в общество страны-денацификатора, которое паразитирует на антифашистской риторике, хорошо и гармонично вписываются нацистские лозунги. И это даже не вызывает подозрения.

Отчет об акции «Труд освобождает», 23 июня 2022 года. Фота героя публікацыі. Фото героя публикации.
Отчет об акции «Труд освобождает», 23 июня 2022 года. Фото героя публикации.

Когда я провел эту акцию, мы начали работать над художественным проектом, где рассматриваем диктатуру не с позиций народа как жертвы, а с позиций того, что народ сам является создателем и источником диктатуры. Потому что получается, что в Беларуси и в меньшей степени в России диктаторы пришли к власти демократическим путем.

Народу почему-то понадобились такие лидеры, и он позволил им постепенно и незаметно стать диктаторами. Автократическую систему мы рассматриваем через такую призму. Поэтому решили, что неплохо было бы эти акции сделать составной частью большого проекта. Картины — это теория, а акции — практика. Хотим показать, что страшное общество, о котором мы говорим, не где-то далеко, не на страницах учебников, оно здесь, рядом.

— Какая из акций принесла вам больше всего эмоций?

— Каждая акция приносит эмоции, и они смешанные. С одной стороны, есть радость, что идея сработала, что время, которое я потратил на составление выдуманных положений, поиск почтовых адресов, создание почтового ящика, прошло не зря. С другой стороны, это смех, потому что это реально смешно, когда учителя выходят с моими портретами, чествуют меня и возносят.

С третьей стороны, страшно осознание того, насколько в этом мире побеждает абсурд. Может, не в целом в мире, но конкретно на этом пространстве. От этого немного страшно, поэтому эмоции у меня смешанные и какую-то одну выделить невозможно.

Акция в честь «Героя России», организованная Владиславом Боханом. Фото: t.me/ula_bo
Акция в честь «Героя России», организованная Владиславом Боханом. Фото: t.me/ula_bo

«Повысить планку абсурда»

— Расскажите подробнее о последней акции, где вы выступили в роли Героя России.

— Мне самому стало интересно, насколько можно повысить планку абсурда. Идея первой акции была элементарная — обсудить поправки в Конституцию в преддверии референдума, это привычно и естественно для школ. Или субботник (не считая того, что он прошел под лозунгами Третьего рейха) — это тоже обычное дело для школ.

Я решил выйти на новый уровень, польстить своему эго и повысить уровень трэша, я бы так сказал. Нужно было придумать повод, причину, по которой учителя должны выйти на улицу с моим портретом, и я решил создать себе такой панегирик.

— Как вам результат?

— Меня это уже начало пугать, потому что я уже не знаю, что они не готовы выполнить. Моя фантазия уже полетела настолько, что я себя немного торможу — надо быть спокойнее и тише.

— Сколько акций вы провели с белорусскими школами?

— Первая — это школа, где я работал. Затем — в Ушачах к столетию СССР я отправил картинки, которые надо разместить на информационном стенде. Там были картинки с детьми-врагами народа, с ГУЛАГом и прочим. Такая вот аллюзия на этот «великий праздник», который почему-то почитается у нас в школах.

Акция к 100-летию СССР, организованная Владиславом Боханом. Фото t.me/ula_bo
Акция к 100-летию СССР, организованная Владиславом Боханом. Фото t.me/ula_bo

Еще были Хойники и поезд памяти, они начали этот белорусско-российский проект, паразитируя на памяти о Великой Отечественной войне. Я знал, что в школах учителей и учеников принуждали подписываться на телеграм-канал поезда памяти, и решил в этом поучаствовать.

Под маркой этого проекта я сделал конкурс стихотворений, которые должны были быть посвящены сотрудникам органов внутренних дел, и каждое должно начинаться с фразы «Ваша честь зовется верность». Это девиз СС, и на его примере я хотел показать, что толпа любит по указке. Некогда в Германии все восхищались СС, но после того как их приказали перестать любить — их оплевала та же толпа, которая им некогда рукоплескала. Это был посыл нашим силовикам, чтобы они слишком не обольщались в лучах всенародной любви, которую им демонстрируют на таких постановочных мероприятиях.

— Пробовали проводить акции не со школами, а с другими учреждениями, с представителями других профессий?

— Такие мысли у меня были, но руки пока не доходили, потому что я не знаю, как устроена система в других учреждениях. В Беларуси в школу прислать задание можно практически от любого адресата — пионерская организация, БРСМ, профсоюзы, «Белая Русь». Все это берется к выполнению. Как это работает в других ведомствах — я не знаю. Если найдутся желающие подсказать, то воспользуюсь этими навыками.

— Отслеживаете ли вы долгосрочные эффекты от ваших акций? Может быть, учителей после этого увольняют или наказывают?

— Система закрытая, поэтому я не знаю, что происходит после акций. Наказание, скорее всего, идет по линии администрации. Я знаю, что после моих выходок в белорусских школах проводились инструктажи. Но не знаю, как повлиял на конкретных исполнителей. Я об этом не особо задумываюсь, чувства жалости у меня к ним не возникает.

— Получали угрозы из-за вашей деятельности?

— Иногда про мои акции сообщают какие-то крупные каналы, особенно российские, и в комментариях пишут, что со мной разберутся. Из ГУБОПиК недавно писали, спрашивали, когда я вернусь в Беларусь, интересовались моей картиной. Когда поняли, что в нашем диалоге я интеллектуально их превосхожу, начали обзываться, а потом добавили в черный список.

— Какие акции вы хотите и планируете провести в скором времени?

— В искусстве многое решает личность художника, поэтому мы такие индивидуалисты, но под конкретные цели иногда объединяемся. Пока по поводу акций идей и мечтаний у меня нет. Пока я думаю о том, как выйти на финансирование своей жизнедеятельности путем искусства.

— Чем вы зарабатываете на жизнь?

— Я травичку кошу электрической косой. Опрыскиваю, чтобы не росла через асфальт. Коммунальные дорожные работы. Мигрантам особо негде разгуляться.

— Для выпускника истфака это работа не по специальности.

— Совсем не по специальности. Но я не питаю иллюзий о том, что мое образование здесь кому-то нужно. Зарплата у меня нормальная, жить можно. Это мотивирует заниматься творчеством — организовывать выставки, проводить акции. Рассматриваю это через призму возможностей.

«Эту систему я сравниваю с муравейником»

— Вы проводите акции не только в белорусских и российских школах, но и в Польше. Расскажите о них.

— Была акция возле польского офиса корпорации Gedeon Richter, которая была одной из последних западных компаний, закупавших рекламу на белорусском государственном телевидении.

Акция возле офиса Gedeon Richter, Гродзиск Мазовецки, Польша, 6 июня 2022 года. Фото t.me/pramenby
Акция возле офиса Gedeon Richter, Гродзиск Мазовецки, Польша, 6 июня 2022 года. Фото t.me/pramenby

Еще в Белостоке за несколько дней до начала войны проходила антивоенная акция, выступали местные чиновники, активисты. Я ворвался, как потом оказалось, в выступление вице-президента города, разбросал свиное мясо, надел окровавленную хоккейную маску, приложил палец к тому месту, где должен быть рот и написал на маске «Умиротворение», чтобы провести параллель с политикой умиротворения, которая проводилась в отношении нацистской Германии в канун начала Второй мировой войны. Такой вот получился символизм — я стою в маске, показывая знак тишины, а рядом распинается европейский чиновник. По сути, история повторилась.

— Вы же работали в школе, как вы считаете, почему учителя, люди с высшим образованием и опытом работы, не понимают сути лозунгов и заданий, которые вы им присылаете?

— У них напрочь отключено аналитическое мышление. Эту систему я сравниваю с муравейником, где общество построено по строгой иерархии, и она определена от рождения. Определенный муравей, исходя из своих биологических параметров, относится к какой-то касте — рабочие, солдаты, матки и так далее. Здесь же, по сути, тоталитарная система пытается повторить то же самое.

Что уравнивает людей? Наш разум. Мы все тоже рождаемся с различными антропометрическими параметрами: кто-то сильнее, кто-то быстрее. Но даже условный человек с инвалидностью может двигаться так же, как здоровый человек, потому что человеческий разум изобрел разные средства передвижения. Для того чтобы создать кастовую систему, нужно как-то ликвидировать разум, нейтрализовать уравнительный фактор и таким образом людям от самого рождения внушается, что думать — это не их задача, думать будут другие. Те, кто более для этого приспособлен или по каким-то критериям подходит для этой деятельности больше. Это происходит и во время учебы в школе, потом — службы в армии и так далее.

Другое — это социальная составляющая именно учительского коллектива. В основном это женщины с невысокой зарплатой, у которых есть дети, накоплений нет, часто они разведенные. Соответственно, они держатся за свое рабочее место, потому что если их уволят, то подушки безопасности не будет, и им страшно. Им вбили в голову мысль о том, что думать не стоит, как в советском лозунге «Партия сказала: „Надо“ — комсомол ответил: „Есть!“».