Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. Караник заявил, что по численности врачей «мы четвертые либо пятые в мире». Мы проверили слова чиновника — и не удивились
  2. «Когда рубль бабахнет, все скажут: „Что-то тут неправильно“». Экономист Данейко — о неизбежности изменений и чем стоит гордиться беларусам
  3. В Беларуси растет заболеваемость инфекцией, о которой «все забыли»
  4. Владеют дорогим жильем и меняют авто как перчатки. Какое имущество у семьи Абельской — экс-врача Лукашенко и предполагаемой мамы его сына
  5. Лукашенко назначил двух новых министров
  6. Пропагандисты уже открыто призывают к расправам над политическими оппонентами — и им за это ничего не делают. Вот примеры
  7. Проголосовали против решения командиров и исключили бойца. В полку Калиновского прошел внезапный общий сбор — вот что известно
  8. «Посеять панику и чувство неизбежной катастрофы». В ISW рассказали, зачем РФ наносит удары по Харькову и уничтожила телебашню
  9. Сейм Литвы не поддержал предложение лишать ВНЖ беларусов, которые слишком часто ездят на родину
  10. Лукашенко принял закон, который «убьет» часть предпринимателей. Им осталось «жить» меньше девяти месяцев
  11. Эксперты рассказали, как удар по судну «Коммуна» навредит Черноморскому флоту России и сократит количество обстрелов Украины «Калибрами»
  12. Доллар шел на рекорд, но все изменилось. Каких курсов теперь ждать на неделе?
  13. Минск снова огрызнулся и ввел очередные контрсанкции против «недружественных» стран (это может помочь удержать деньги в нашей стране)


Отец политзаключенного Максима Знака, адвоката предвыборного штаба Виктора Бабарико, написал в соцсетях о свидании с сыном в колонии в Витебской области. Говорили о правилах распорядка и «новостях с юга», в которых заключенный юрист, по словам отца, разбирался даже лучше него.

Максим Знак. Фото из архива TUT.BY

Александр Знак рассказал, что свидание длилось четыре часа, а разговаривать пришлось через стекло и телефонную трубку. По его словам, Максим «выглядае нармалёва»:

— Пазнаў яго не адразу. Ну, не тое, каб ён моцна змяніўся, але фрэзура, адзенне… Штосьці новага, чаго не было ў лістах, не пачуў. Але пераканаўся, што фізічны стан яго добры. Сваім выглядам ён пацвердзіў, што мае пэўныя поспехі ў фізкультуры. Паліць і піць чыфір не пачаў. Трохі схуднеў, але праз тое, што адначасова павялічыліся цягліцы, гэта не вельмі заўважна. Хаця ён сцвярджае, што скінуў 9 кіло.

Цікавіўся навінамі на поўдні, але я аказаўся меньш дасведчаным у гэтым пытанні, чым ён.

Адносіны з калегамі нармальныя, што нельга казаць пра адносіны з адміністрацыяй. Яно і зразумела. Але падкрэсліў, што за межы правілаў унутранага раскладу ніхто не выходзіць. Проста ўмовы такія, што ўсё дасканала выконваць, што патрабуюць гэтыя правілы, Макс пакуль не навучыўся.

Прасіў усім перадаць прывітанне. Сустрэча адбывалася праз тыдзень пасля атрымання перадачы, таму шмат словаў было пра тое, як там усё смачна, і адпаведныя падзякі ўсім датычным. Дарэчы, ніякіх папрокаў у бок тамтэйшай сталоўкі не было. Працягвае верыць, што «будзе дзень!». Пэўна, менавіта гэта мяне больш за ўсё і здзівіла.

Напомним, Максим Знак — адвокат и юрист предвыборного штаба Виктора Бабарико. Его задержали в сентябре 2020 года вместе с главой штаба Марией Колесниковой. Оба проходили по одним и тем же уголовным статьям: их обвинили в заговоре, совершенном в целях захвата государственной власти неконституционным путем (ч. 1 ст. 357), создании экстремистского формирования и руководстве им (ч. 1 ст. 361−1), публичных призывах к захвату госвласти (ч. 3 ст. 361 УК).

Минский областной суд 9 сентября 2021 года вынес обвинительный приговор и назначил 11 лет колонии общего режима для Марии Колесниковой, для Максима Знака — 10 лет колонии усиленного режима.

КГБ включил обоих в список «террористов».

Правозащитники признали Максима Знака политзаключенным.