Поддержать команду Zerkalo.io
  1. «Оказалось, реальность совсем не такая, какой ее рисовали». К чему привела зачистка социологии в Беларуси
  2. В офисе Европейского вещательного союза объяснили, почему БГТРК может показывать биатлон
  3. Беларусь уже потратила на мигрантов 12,6 миллиона долларов. Попытались узнать, на что пошли эти деньги
  4. «Этот город виновен!» Как немцев безуспешно пытались «перевоспитать» после Второй мировой
  5. «Посиневшими пальцами держится за власть». Как часто Лукашенко говорит про «посиневшие руки» — и что происходит потом
  6. «Если вы пойдете в Минск, мы спустим на вас собак». Что говорят о Беларуси иракцы, которые вернулись домой
  7. Родился и жил в Беларуси. В Бресте 27-летнего парня лишили белорусского гражданства
  8. «Рано радуются». Лукашенко пригрозил Европе афганскими беженцами и высказался о перекрытии воздушных путей
  9. «С удовольствием вернулся бы в свой РНПЦ». История уникального врача, который за полгода дважды остался без работы
  10. В Венгрии провели масштабное исследование эффективности вакцин, в том числе Sputnik V и Sinopharm. Что выяснили?
  11. Еврокомиссия предложила пускать в ЕС с прививкой Sinopharm. О «Спутнике» пока речи не идет
  12. Очереди на границе увеличиваются: выезда из Беларуси в ЕС ждет 4 тысячи фур
  13. «Мы не можем устроить войну, чтобы пробить коридор в Германию». Лукашенко пообщался с мигрантами
  14. Завтра начинается Рождественский пост. Что стоит исключить из меню
  15. Прогноз на субботу: оранжевый уровень опасности объявлен из-за сильного мокрого снега
  16. В ВОЗ считают, что пик нынешней волны коронавируса в Беларуси пройден
  17. Потенциально заразнее «дельты», может избегать иммунитета. Что известно о новом штамме COVID-19


Ирина Мельхер и ее сын Антон проходят обвиняемыми по уголовному делу «по группе Николая Автуховича». По статье «Акт терроризма» им грозит от 8 до 15 лет лишения свободы. О том, как обычная семья из Бреста попала в список террористов и какие у них условия в СИЗО, газете «Новы Час» рассказал Сергей Мельхер — сын Ирины и брат Антона.

Ирина и Антон Мельхеры. Фото из семейного архива
Ирина и Антон Мельхеры. Фото из семейного архива

В конце 2020 года государственные телеканалы сообщили о задержании Николая Автуховича. Его обвинили в создании «террористической группировки», которая действовала на территории Гродненской области: поджигала автомобили и дома сотрудников милиции. Автуховичу предъявили обвинение по ст. 289 УК (Акт терроризма). Вместе с Николаем задержали еще 17 человек. Среди них — православный священник из Бреста Сергей Резанович, его жена Любовь и сын Павел. Кроме того, по делу проходят Галина Дербыш, Ирина Горячкина, гражданская активистка Ольга Майорова, а еще мать и сын из Бреста Ирина и Антон Мельхеры.

Сергей Мельхер до сих пор не понимает, как его родные оказались фигурантами уголовного дела.

— Мать была знакома с Резановичами. Насколько мне известно, незадолго до того, как все произошло, брат отвозил маму к ним на день рождения, — объяснил мужчина.

Сергей восемь лет не живет в Беларуси. О задержании родных он узнал от отца, который в тот момент был дома. Вместе с ним был сын Антон, который начал заниматься программированием и работал над своим первым заказом. У отца болела нога, он мог ходить только на костылях, поэтому, когда раздался стук в двери, открывать пошел Антон. Молодого человека сразу забрали.

Когда с работы приехала Ирина, она поехала искать сына. Через некоторое время она вернулась домой в сопровождении следователей, которые провели обыск. Затем женщину взяли под стражу.

После того как Антона и Ирину поместили в СИЗО КГБ, в Беларусь вернулся Сергей. Он нашел родственникам адвоката. Связь с задержанными он поддерживает через их защитника. По словам Сергея, у Антона все более-менее в порядке, он держится. Правда, обострились старые проблемы с кожей, но ему передают все необходимые лекарства.

— В целом он адаптировался. В СИЗО КГБ у него были харизматичные соседи, которые помогли освоиться. Поэтому после их перевода в Брест, Антону было проще. В родном городе, как говорят, и родной воздух помогает.

У Ирины «все сложно». В заключении у нее возникли проблемы со здоровьем:

— Когда ее перевели в Брест, ей сразу выделили нижнюю койку, но потом ее — 66-летнюю пенсионерку с лишним весом — перевели на верхнюю полку. Сама она туда залезть не могла, ей нужна была помощь кого-то из соседей. При этом она часто ходит в туалет, в том числе ночью, так как есть проблемы с почками. Она сама слезала, но залезть назад не могла, поэтому сидела и ждала, пока кто-нибудь проснется и поможет ей.

Сейчас, по словам Сергея, Ирину снова перевели на нижнюю полку.

В брестском СИЗО женщина попала в карцер. Сын объясняет, что матери предложили сказать на камеру, что она является деструктивным элементом. Она отказалась и попала в ШИЗО, где провела шесть дней.

— Когда она оттуда вышла, у нее воспалились ягодицы, она не могла сидеть. Поэтому ее перевели на постельный режим, чтобы она могла лежать. Но буквально через пару дней ее вызвали на допрос. В общей сложность мать там просидела много часов. И это притом что она не может сидеть. Считаю, что это фактически пытки, — сказал Сергей.

Кроме того, в начале лета на Ирину и Антона завели еще одно уголовное дело. На этот раз за хоровод на перекрестке в Бресте 13 сентября прошлого года.

— В декабре будет уже год (как Ирина и Антон находятся за решеткой. — Прим. Zerkalo.io), и мы надеемся, что до этого времени их выпустят. Потому что совсем нет понимания, что это и почему, — объяснил Сергей.

Все прошения об изменении меры пресечения матери и сыну отклоняются, по их уголовному делу никаких подвижек нет.

— Хорошо, что помогают люди — знакомые, родные, друзья. Мы достаточно обособленная семья — мама, папа, Антон и я. Но нам очень помогают. Я не думал, что так может быть. Помогают даже друзья, с которыми мама поругалась. Ты просто переубеждаешься, насколько люди — люди, — рассказал Сергей.