Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Как связаны «кошелек» Лукашенко и паспорта Новой Беларуси? Рассказываем
  2. В Беларуси опять дорожает автомобильное топливо
  3. Действия властей в последние четыре года лишили беларусов привычного быта. Вот как граждане расплачиваются за решения Лукашенко
  4. Прогноз по валютам: еще увидим дешевый доллар — каких курсов ждать в последнюю неделю мая
  5. Армия РФ концентрирует дополнительные силы у украинской границы. В ISW рассказали, с какой целью и где может начаться наступление
  6. «Смысл не удалось объяснить не только большинству беларусов». Артем Шрайбман — об уроках выборов в КС
  7. Путин перед самой войной сказал, что «Украина и Беларусь являются частями России». О чем свидетельствует это заявление — мнение экспертов
  8. Сирота при живых родителях. Откровенный монолог беларуса о детских домах, насилии детей и взрослых и суицидах среди детдомовских
  9. «Верните хотя бы мои деньги». Беларуска рассказала в TikTok, как пострадала из-за супердоступа силовиков к счетам населения
  10. В Беларуси начали отключать VPN, что делать? Гайд по самым популярным вопросам после блокировки сервисов
  11. Банкротится частная аптека, которая весьма неожиданно ушла на ремонт, а открылась уже под крылом госкомпании
  12. Завершились выборы в Координационный совет. Комиссия огласила предварительные итоги
  13. Минчанин возил валюту за границу и все декларировал. Но этого оказалось мало — и его оштрафовали на рекордные 1,5 млн рублей
  14. Риск остаться без пенсии и отдельных товаров, подорожание ЖКУ, подготовка к «убийству» некоторых ИП, дедлайн по налогам. Изменения июня
  15. «Сказать, что в шоке, — не сказать ничего». Дочь беларуски не пустили в самолет с паспортом иностранца — ситуацию комментирует юристка
  16. Стало известно, сколько шенгенских виз получили беларусы за прошлый год. Их число выросло, и вот у каких стран отказов меньше всего
  17. Работнице выдали премию — более чем 12 тысяч долларов, а потом решили забрать. Она не вернула и ушла — суд подтвердил: правильно сделала


Недавно председатель Совета Республики Наталья Кочанова заявила молодым мамам, лежащим в роддоме 6-й минской больницы, что они «делают самое главное дело в жизни — рожают белорусов». Подобные высказывания слышатся регулярно, причем не только от нее, но и от других чиновниц. Мужчины, работающие на государство, в том числе Александр Лукашенко, тоже любят «напомнить» женщинам, каково их «истинное» предназначение. Вместе с гражданской и политической активисткой Юлией Мицкевич «Зеркало» объясняет, почему рожать — это лишь право, а не обязанность, как это следует со слов чиновников.

Фото: TUT.BY
Фотография носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Подождите, а что не так с идеей рожать детей?

C идеей рожать детей все так: мы не пытаемся сказать, что этого делать не стоит. Если женщина действительно этого хочет и морально готова к тому, что ее ждет, то никакой проблемы нет.

Проблема заключается в постоянно звучащих из телевизора высказываниях о том, что женщинам «нужно рожать», что это «главное дело в жизни» и им подобным. Обратите внимание на формулировки. Например, 11 июля Лукашенко говорил работникам «Могилевского завода лифтового машиностроения», что «рожать нужно», а 15 июля в интервью «Зеркалу» представитель «комиссии по возвращению» Юрий Воскресенский заявил, что вместо уехавших белорусов «нарожают новых». Возникает ощущение, что это долг и обязанность, а не выбор женщины.

— Это классическая ситуация, которую можно охарактеризовать известной фразой «личное — всегда политическое». Мы только думаем, что иметь или не иметь детей — это наш личный выбор. Но это политический вопрос — и не только в Беларуси, — объясняет Юлия Мицкевич. — Вспомните протесты в Польше, когда ввели запрет на прерывание беременности даже после пережитого насилия. Всегда есть те, кто принимает политическое решение за женщин. Особенно ярко это видно в ситуациях политического кризиса, репрессий или войны: патриархальная риторика в отношении женщин и их репродуктивного здоровья, по вопросам гендерного равенства начинает ужесточаться. Есть исследования и статьи, которые хорошо показывают эту корреляцию.

В патриархальной системе, то есть системе мужского господства, по мнению экспертки, женщина воспринимается как нечто второстепенное и часто как обслуживающий персонал. Пример с Кочановой, когда «главным делом жизни» она называет «рожать белорусов», Юлия Мицкевич называет показательным.

— Чиновница не общается с родившими белорусками в таком ключе: «Поздравляю с материнством, если вы сделали такой выбор, это прекрасно». Система использует саму женщину, в частности, Кочанову, чтобы ее устами донести другим, что они должны рожать. Представьте, если бы в роддом приехал [экс-министр здравоохранения Владимир] Караник и так же призывал беременеть, — говорит Мицкевич. — А с Кочановой все выглядит, как будто посыл идет от женщине к женщинам.

Подробнее о подобных ситуациях мы писали в тексте о сексизме белорусских чиновниц.

По словам Мицкевич, при сегодняшнем правовом дефолте в Беларуси, когда нарушаются наши политические, социальные и экономические права, логично, что следующие в очереди — это сексуальные и репродуктивные.

— Их нарушение — это и есть ситуация, когда чиновники приходят к женщине и говорят: ты должна родить, это твоя обязанность, — поясняет собеседница. — Та же Кочанова не заявляет этого прямо, но подтекст хорошо считывается: мы как государство решаем за тебя, что тебе делать.

Почему женщина не обязана рожать? Это же предусмотрено природой

По мнению Юлии Мицкевич, отсылаться к «природе» — удобный аргумент, когда других не осталось: этим можно объяснить все что угодно.

— Но это так не работает. Пример: если у женщины проблемы с репродуктивным здоровьем, она что, перестает быть женщиной? Конечно, нет, — говорит экспертка. — К тому же современные технологии — то же ЭКО — показывают, что вовсе не обязательно, чтобы зачатие происходило классическим способом, как задумано природой. Почему в каком-то случае мы «должны» следовать природе, в каком-то — идти против нее? Здесь нет логики.

Мицкевич считает, что сегодня общество скорее рассматривает людей как личностей, а не как биологические функции, которые они выполняют.

— Все-таки у каждого и каждой есть свобода выбора: я хочу — я буду, не хочу — значит, я могу этого не делать. И главное, что никто не должен женщину заставлять: ни родственники, ни государство, — подчеркивает экспертка. — Потому что это в любом случае будет или давлением и психологическим насилием, или дискриминацией, или и тем и другим вместе.

Сексуальные и репродуктивные права четко прописаны в международных документах. Например, в 1979 году Генеральная Ассамблея ООН подписала Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин. Согласно ей, государства — участники организации должны гарантировать женщинам «свободно и ответственно принимать решение о числе детей», а также «о промежутках между их рождениями». Также действует Пекинская декларация 1995 года, которая приравнивает права женщины к правам человека, и, собственно, Декларация о правах человека ООН 1948 года. В Конституции Беларуси идеи из этих документов тоже закреплены.

Мужчинам, которые несмотря ни на что верят в некое «природное предназначение» женщин, Мицкевич предлагает ответить себе на вопрос: согласитесь ли вы, чтобы жену или партнершу вам назначили, а не выбрали вы сами?

— Вряд ли кому-то это понравится, — уверена собеседница. — Хотя еще какое-то время назад это было нормой. Но в современном мире мы знаем, что выбирать себе партнера или партнершу по своему усмотрению — это одно из наших прав. И оно даже не обязательно должно быть закреплено в каких-то документах. Мы просто знаем, что это право у нас есть. Так же и с репродуктивным правом женщины иметь или не иметь детей, рожать или делать аборт, становиться матерью или нет, сколько раз и через какое время — его никто не может нарушать.

Фото: TUT.BY
Фотография носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

При этом принятие решение о рождении ребенка не обязательно должно лежать только на женщине. Если она в отношениях, решение о беременности может принять пара: это вопрос их личных добровольных договоренностей.

— Родительство — это лишь один из способов самореализации, — напоминает Мицкевич. — Женщина вправе выбрать для себя другие пути это сделать.

Но если завтра чиновники перестанут говорить о «рождении белорусов», разве это изменит ситуацию с правами женщин?

Безусловно, чиновников нельзя назвать первоисточником подобных стереотипов. Они поддерживаются и среди нас самих.

— Общественное сознание и мнение имеет свойство меняться медленнее, чем конвенции и законы, — отмечает Мицкевич. — Даже если предположить, что прямо завтра появляется некая Новая Беларусь, в которой права граждан будут соблюдаться, гендерные стереотипы не устареют в тот же момент. Подобные установки закладываются в нас с детства. На них влияет и воспитание, которое мы получаем от старшего поколения, и его ожидания от нас — неважно, родились мы мужчиной или женщиной. С этим нужно еще много работать.

В пример экспертка приводит тот же вопрос о детях: если женщина не может забеременеть из-за проблем со здоровьем, но не рассказывает об этом окружающим, ее могут засыпать нетактичными вопросами, осуждать, навесить какие-то ярлыки («эгоистка»). А если проблемы с зачатием у мужчины, общество это интересует уже куда меньше.

Возможно, часть установок о том, что нужно рожать и как можно раньше, имели какие-то основания в прошлом — тогда, когда они формировались. Например, во второй половине 1920-х средняя продолжительность жизни людей в РСФСР составляла лишь 42 года (таких старых данных по БССР мы не нашли). В то же самое время в странах Запада этот показатель был на 10−20 лет выше. Ожидаемая продолжительность жизни женщины в Беларуси продолжает расти и сейчас: если в 1995 году она составляла 75 лет, то в 2020 году дошла практически до 79,5 года. Это в том числе отодвигает возраст рождения первого ребенка. А старшие поколения получают больше времени, чтобы «передать опыт» внукам.

Но вместо того чтобы осознать изменения и учитывать их в своей политике, чиновники подхватывают подобные устаревшие стереотипы и транслируют их из года в год.