Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Прослушивали, похищали рукописи, избили, заставили эмигрировать и поливают грязью сейчас. Как власти издевались над Василем Быковым
  2. Украинские пограничники отреагировали на «предупреждение» беларусских: «Лучше бы они предупредили свою главную провокацию»
  3. «К сыновьям Лукашенко три раза в день подбегает кто-то с палкой, бьет и убегает». Поговорили с необычным «решалой» проблем в Беларуси
  4. Лукашенко опять пожаловался на беларусов. Что на этот раз
  5. В Минске за час вылилась четверть месячной нормы дождей. Что натворила пролетевшая над Беларусью буря
  6. Пропаганда пыталась очернить Польшу — но, похоже, тем самым признала, что в Беларуси есть концлагеря и «фабрика смерти». Вот в чем дело
  7. В Минобре всерьез взялись за стихийные очереди для проставления апостиля
  8. Путин хочет создать коалицию стран, которую будет позиционировать как альтернативу НАТО. Вот на кого, кроме Северной Кореи, он рассчитывает
  9. Глава Минфина так рассказал в парламенте о ситуации с госдолгом, что «возбудил» Гайдукевича — депутат придумал, как не возвращать займы
  10. Похоже, Лукашенко уже начал свою предвыборную кампанию. Перед каждыми выборами он делает одно и то же — вспоминаем, что именно
  11. «Честно? Всю Украину надо забирать». Поговорили с экс-вагнеровцем, который после мятежа Пригожина жил в Беларуси и вернулся на войну
  12. КГБ теперь требует переводить «компенсации» за донаты одному государственному центру. Рассказываем, что за он и куда идут деньги


Беларуске Екатерине (имя изменено в целях безопасности) 31 год, с мужем и двумя детьми она живет в Гданьске. В ноябре прошлого года в ходе планового обследования у гинеколога она узнала о непростом диагнозе — раке шейки матки. С этого момента Екатерина борется с болезнью. В Польше у женщины есть государственная страховка, но многие процедуры она предпочла пройти за свой счет. На лечение уже ушли сбережения семьи и помощь родных и друзей — в общей сложности около 45 тысяч долларов. О диагностике болезни, лечении и помощи неравнодушных людей Екатерина рассказала MOST.

Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: Marcelo Leal / Unsplash
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: Marcelo Leal / Unsplash

Екатерина переехала в Польшу весной 2021 года. Тогда она была беременна вторым ребенком, срок был около пяти месяцев. У них с мужем была договоренность, что сначала уедет он, устроится на работу и решит первоначальные вопросы, а потом к нему присоединится жена с маленькой дочерью. Так семья и поступила.

«Что-то поделаешь — надо отдохнуть обязательно»

2,5 года спустя женщина готовилась отдавать в сад младшего ребенка и выходить на работу, но все чаще не очень хорошо себя чувствовала: появилась слабость, иногда возникали головные боли, скачки давления.

— Что-то поделаешь — надо отдохнуть обязательно. Реально не хватает сил, — описывает свое состояние в тот период беларуска.

Первоначально женщина списывала симптомы на усталость после двух — с небольшим перерывом — беременностей и кормления грудью. Да и общие анализы были в норме, разве что витамин D оказался низким, и его никак не удавалось поднять. Но все же Екатерина решила обследоваться, тем более что уже подходило время пройти плановый осмотр у гинеколога.

Поскольку муж Екатерины был официально трудоустроен в Польше, вся семья была покрыта системой государственного медицинского страхования — NFZ.

Гинеколог взяла мазок на цитологию, и ее результат насторожил врача — она подозревала дисплазию шейки матки (аномальное изменение клеток, которое может быть причиной рака) или начальную стадию злокачественного процесса. Дальнейшие обследования подтвердили опасения: Екатерине поставили диагноз «инвазивная плоскоклеточная карцинома шейки матки стадии 2b».

Справиться с шоком Екатерине помогло спокойствие врачей, которые подробно и понятно объясняли, что происходит с пациенткой. К тому же ее воодушевлял позитивный опыт окружающих.

— Мы часто слышим истории о раке, когда человеку уже очень плохо, он почти умирает, лежит в этих всех капельницах и просит о помощи. Но на самом деле, когда я начала об этом рассказывать, оказалось, что есть огромное количество людей, которые вылечились от рака. И они живут все рядом с нами, просто никогда никому об этом не говорили. Врачи нам все хорошо, подробно объясняли — и это было достаточно уверенно, — что ничего суперстрашного нет.

Выбрала более прогрессивные, но платные методы лечения

Женщине предстояли операция и химиотерапия — все это лечение могло быть покрыто за счет средств NFZ.

Но проконсультировавшись со специалистами, в том числе немецкими, беларуска выбрала более щадящий вариант лечения. Вместо химиотерапии Екатерина приняла решение пройти таргетную терапию — она воздействует непосредственно на раковые клетки, прекращая их деление. Но препараты для такого лечения приходилось оплачивать самостоятельно, страховка покрывала только выполнение процедуры, например, постановку капельницы.

Лечение удалось начать очень оперативно. В начале ноября 2023 года Екатерина впервые узнала о болезни, а уже в десятых числах ноября получила первую капельницу. В зависимости от самочувствия женщина получала одну или две капельницы в неделю.

Как и после химиотерапии, после такого лечения нередко назначают лучевую терапию. И вновь Екатерина сделала выбор в пользу более прорывного метода — точечной лучевой терапии «кибернож».

— В Гданьске кибернож используется, и он доступен по медицинской страховке, но для других видов операций — урологических. В гинекологии они его еще не используют, только собираются пригласить врачей-специалистов, которые обучат работать на этом оборудовании именно в гинекологии, — рассказывает Екатерина.

В итоге на кибернож женщина ездила в Варшаву, и эту процедуру также пришлось оплачивать самостоятельно.

45 тысяч долларов на лечение

Что же касается операции, то здесь тоже был выбор. Как узнала женщина, в Беларуси при ее диагнозе обычно делают радикальную операцию, «вырезая все». В Польше же предложили попробовать конизацию — удаление пораженного участка шейки матки. После такой операции пациентки даже могут забеременеть и выносить ребенка.

Екатерина решила, что в крайнем случае более радикальное вмешательство можно будет при необходимости провести позднее, и прошла конизацию шейки матки. Эту операцию ей тоже сделали платно, потому что Екатерина хотела пройти лечение как можно быстрее и не ожидать очереди на операцию.

В итоге все лечение обошлось семье в 45 тысяч долларов, большая часть этой суммы ушла на таргетную терапию и кибернож. В Польшу супруги приехали со сбережениями, что-то удалось отложить за время жизни в новой стране.

Когда денег не хватало, на помощь приходила семья — Екатерине очень помогла сестра, которая работает в Великобритании, — и самые близкие друзья женщины. Вместе они собрали недостающую сумму. Семья также сделала попытку объявить сбор средств в Великобритании, но он принес лишь около двух-трех тысяч фунтов.

Екатерина признается: то, как быстро расходились деньги, иногда вызывало отчаяние.

— За раз отдаешь десять тысяч злотых и понимаешь, что до следующего раза не успеешь их заработать.

В семье работает только муж, а жить и оплачивать лечение на одну зарплату было очень трудно.

— Пока у нас лежали эти деньги, я знала, что пойду и возьму. Они мои. И я их заплачу. А когда уже пошли не мои деньги, то конечно, было сложно… Были такие минуты отчаяния, когда я думала: блин, это столько денег! Можно же было что-то другое купить за них, — говорит Екатерина. Но тут же добавляет, что в целом о таком вложении денег не жалеет: они позволили пройти лечение быстро и эффективно.

«Главное, чтобы у меня не было ни копейки лишних денег»

Основная часть лечения на данный момент завершена, но Екатерина должна пройти обследование, чтобы оценить эффективность терапии, а также ее влияние на организм. Ей нужна позитронно-эмиссионная томография. Запасов денег на это не было, и Екатерина решила попросить помощи беларусов в Польше — объявила сбор средств.

Но вскоре оказалось, что покрыть недостающую часть согласились знакомые ее сестры, и Екатерина отказалась от сбора.

— Я знаю, что есть очень много людей, особенно детей, которые собирают огромные суммы на лекарства. Мне самое главное, чтобы [у меня] не было ни копейки лишних денег. Поэтому я стараюсь все очень четко писать. Если надо, я так и говорю: мне нужно вот сколько заплатить. Как только у меня появляется возможность оплатить все, я сразу об этом предупреждаю [и больше не прошу].

Екатерина не исключает, что в будущем ей придется возобновить сбор. Сейчас она испытывает боли в области печени, и врачам нужно выяснить, с чем они связаны.

— Я надеюсь, что это не рак и не метастазы, а просто лечение негативно повлияло на органы, — объясняет Екатерина.

А если вернуться в Беларусь?

Несколько раз знакомые предлагали Екатерине вернуться в Беларусь и бесплатно пройти лечение на родине. Но насколько узнавала женщина, там ей предложили бы те же методы, что и в Польше положены по государственной страховке, а за более прогрессивное лечение пришлось бы платить самой. Например, препарат для таргетной терапии знакомая предлагала привезти с собой и прокапать в Беларуси. В итоге Екатерина решила пройти все лечение в Польше.