Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
Налоги в пользу Зеркала
  1. «Его охраной занимаются все силовые подразделения Беларуси». Поговорили с офицером, который обеспечивал безопасность Лукашенко
  2. Одна из крупнейших сетей дискаунтеров бытовой химии и косметики в Беларуси ликвидирует свои юрлица
  3. «Опечатано. КГБ». В Витебске сотрудники КГБ со спасателями пришли в квартиру журналиста-фрилансера, который уехал из страны
  4. С июля вам могут перестать выдавать пенсию и пособия на детей, если не совершите одно действие
  5. Находящаяся в розыске в Беларуси Анжелика Агурбаш объявила о новом этапе творчества и возмутила российских пропагандистов
  6. Золотова отказывала Захарову, а Зиссер — директору МТС. Бывшие журналисты и редакторы — о силе TUT.BY
  7. Посольство Беларуси в Эстонии приостановило работу консульской службы
  8. Власть изымает недвижимость беларусов, но те, кто поучаствует в процессе, сами могут остаться без жилья. Вспоминаем опыт соседних стран
  9. Нацбанк озадачен, что может не удержать рубль, и предупреждал, что, возможно, запустит печатный станок. Что это такое и чем грозит
  10. У Лукашенко новый слоган, который он постоянно повторяет. Вот как пропаганда раскручивает его слова и что было раньше в репертуаре
  11. В Украине отложили выборы из-за войны — теперь пропаганда РФ пытается подорвать легитимность Зеленского. Эксперты рассказали, как именно
  12. «Список из 200 человек». Силовики приходят в квартиры уехавших из страны беларусов — что они говорят
  13. На рынке труда — новый антирекорд. Дефицит кадров нарастает такими темпами, что о проблеме говорит даже Лукашенко
  14. ПМЖ за 3 года, а не за 5, усиление санкций и очереди на границе. Интервью «Зеркала» с главой Европарламента Робертой Метсолой


Еще два года назад Павел Кучинский учил немецкий и мечтал пожить за границей, но проблемы со здоровьем изменили его планы. Весной 2021-го у парня обнаружили онкологию. К январю 2022-го молодой человек прошел восемь химиотерапий и собирался в Боровляны проверять дает ли лечение результат. Но снова все пошло не так. За несколько дней до поездки домой к нему пришли силовики. По словам родных, Павлу предъявили обвинение по пяти статьям Уголовного кодекса, все за комментарии. Близкие переживают, как пребывание в СИЗО отразится на его здоровье, и пытаются сделать все возможное, чтобы до суда ему изменили меру пресечения. Историю молодого человека рассказывает блог «Отражение». Мы перепечатываем этот текст.

Фото: телеграм-канал "Вясны"
Павел. Фото: телеграм-канал правозащитного центра «Вясна»

Павлу 27 лет, он родом из Молодечно. Он окончил БГУИР и до армии работал на «Интеграле».

— Он год отслужил и весной 2020-го вернулся. Он продолжил работать на «Интеграле», а параллельно начал учить немецкий. Мечтал пожить в другой стране… Но осенью у него начались проблемы со здоровьем, — рассказывает младшая сестра парня Яна. — В итоге он никуда не уехал, а стал ходить по обследованиям. Весной 2021-го врачи выявили у него рак четвертой стадии. У Павла в лимфоузлах нашли опухоль.

Официально его диагноз звучит так: классическая лимфома Ходжкина. Это опухолевое заболевание лимфатической системы. Болезнь поражает лимфоузлы. С апреля до октября 2021-го молодой человек прошел шесть курсов химеотерапии, затем были еще две полихимиотерапии. С работы пришлось уйти, Павлу дали вторую группу инвалидности.

— Лечение ему меняли раза три или четыре, — объясняет Яна. — Назначали, через какое-то время смотрели, есть ли результат. Улучшений не было, и медики подбирали новый вариант.

Из-за химий иммунитет Павла сильно ослабел. Сестра говорит, что кроме родных он практически ни с кем не контактировал. Каждый день лишь ненадолго выходил на улицу, чтобы немного подышать свежим воздухом.

Фото взято из блога "Отражение"
Яна и Паша на присяге. Фото взято из блога «Отражение»

«Ему предъявили обвинение по пяти статьям. Все за комментарии»

— Мы с мамой живем в Молодечно, а Паша с бабушкой и дедушкой — за городом. Бабушка у нас медик, она ему колола уколы, давала лекарства, — говорит Яна и переходит к событиям 26 января 2022 года. — В этот день Паша на полчаса заехал на квартиру, тут же он и прописан. Следом пришли двое сотрудников и трое понятых. Предъявили ордер на обыск и попросили смартфоны. Посмотрели телефон Паши и наши с мамой. Из квартиры ничего не забирали, но брата увезли с собой. Сказали на разговор. Разговор закончился тем, что его задержали на трое суток для выяснения обстоятельств. Потом нам сообщили: за решеткой он будет до суда.

Только через трое суток Павлу смогли передать лекарства и обезболивающие: из-за лимфомы молодого человека мучили сильные боли.

По словам родных, изначально Павла обвиняли по двум статьям Уголовного кодекса: 391 (Оскорбление судьи или народного заседателя) и 369 (Оскорбление представителя власти). Позже к этому перечню добавились еще ст. 364 (Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел), ст. 368 (Оскорбление президента) и ст. 389 УК (Угроза в отношении судьи).

— Сегодня (мы общаемся 11 апреля. — Прим. Ред.) ему предъявили обвинение по пяти статьям. Все за комментарии. На данный момент известно про 18 случаев, — объясняет сестра. —  В каких чатах что-либо писал, я не знаю, политику мы с ним никогда не обсуждали, но брат, как и я, человек эмоциональный. Возможно, в сердцах он мог что-то сказать.

«Может он уже хочет, чтобы все это закончилось, поэтому и не стремится лечиться…»

Яна вспоминает, что когда силовики увозили Павла из дома, он был поникший. Какое сейчас у него состояние, родные не знают. Все вести от брата семье доходят только через адвоката и письма, которые идут с задержкой. В посланиях молодой человек на здоровье не жалуется. Только просит передавать ему лекарства и обезболивающее.

Фото: соцсети
Яна. Фото: соцсети

— До суда Павла отправили в СИЗО Жодино. Откуда его периодически возят в Молодечно на следственные действия. Сейчас он тоже там, — рассказывает Яна и добавляет: семья старается сделать все возможное, чтобы Павлу изменили меру пресечения. — Дедушка писал в Следственный комитет и прокуратуру. Просил разрешить брату находиться дома до суда.

В прошении отказали. Причину пояснили так: молодой человек может скрыться от органа уголовного преследования.

— Когда прошение не сработало, адвокат помог Паше написать просьбу о медицинской помощи. Брата поместили в лазарет. Насколько я понимаю, когда он в Жодино, он под наблюдением медиков изолятора, — говорит сестра. — Сразу, когда его привозили в Молодечно, через пару дней тут же увозили обратно. Но две последние недели он, считай, полностью пробыл на следственных действиях. В итоге в Молодечно звонили из Жодино, говорили, чтобы Пашу вернули: нельзя его держать так долго в обычной камере. Его вернули, а через несколько дней привезли в Молодечно снова.

Кроме того, продолжает Яна, Павел писал прошение о том, чтобы его отвезли на обследование. Его одобрили. Согласно заключению РНПЦ онкологии и медицинской радиологии им. Александрова, «в феврале 2022-го Павел прошел еще два курса полихимиотерапии. По данным на конец марта, его здоровье не улучшается».

Фото взято из блога "Отражение"
Из заключения РНПЦ онкологии и медицинской радиологии им. Н.Н. Александрова. Фото взято из блога «Отражение»

— Мы сравнили бумагу о его здоровье на момент задержания и нынешнюю. Бабушка говорит, в его организме начался воспалительный процесс. Опухоль также растет, — отмечает Яна.

Фото взято из блога "Отражение"
Из заключения РНПЦ онкологии и медицинской радиологии им. Н.Н. Александрова. Фото взято из блога «Отражение»

— Когда мы пошли с этим заключением к следователю, она отказалась его принимать. Сказала, из Жодино ей ничего не поступало, откуда ей знать, что эти бумаги действительны. Говорила, Павел на здоровье не жалуется, а если будет жаловаться, помощь ему окажут, — передает ту беседу Яна. — Следователь считает, что своими действиями мы только тормозим следствие.

— Что вам сам Паша пишет о своем здоровье?

— В феврале рассказывал, что немного приболел. А так особо ничего. Думаю, не хочет, чтобы мы волновались, или боится, что письма с жалобами не пропустит цензура, — рассуждает сестра. — Знаете, мама еще предположила… Может он уже хочет, чтобы все это закончилось, поэтому и не стремится лечиться. В его состоянии раньше было такое, когда он только узнал про рак. Руки опустились, и человеку словно уже ничего не хотелось. Мать отчима, когда у нее обнаружили рак четвертой стадии, отказалась от лечения. Где-то за полгода она умерла в сильных муках. Все время рядом с ней тогда была наша мама. Сейчас мы боимся, что так же может быть и с Пашей.

— А какие прогнозы дают врачи?

— Шансов на ремиссию мало, но они есть, — заключает Яна.