Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Глава Минфина так рассказал в парламенте о ситуации с госдолгом, что «возбудил» Гайдукевича — депутат придумал, как не возвращать займы
  2. КГБ теперь требует переводить «компенсации» за донаты одному государственному центру. Рассказываем, что за он и куда идут деньги
  3. В Минобре всерьез взялись за стихийные очереди для проставления апостиля
  4. В Минске за час вылилась четверть месячной нормы дождей. Что натворила пролетевшая над Беларусью буря
  5. Прослушивали, похищали рукописи, избили, заставили эмигрировать и поливают грязью сейчас. Как власти издевались над Василем Быковым
  6. Похоже, Лукашенко уже начал свою предвыборную кампанию. Перед каждыми выборами он делает одно и то же — вспоминаем, что именно
  7. Лукашенко опять пожаловался на беларусов. Что на этот раз
  8. Путин хочет создать коалицию стран, которую будет позиционировать как альтернативу НАТО. Вот на кого, кроме Северной Кореи, он рассчитывает
  9. «К сыновьям Лукашенко три раза в день подбегает кто-то с палкой, бьет и убегает». Поговорили с необычным «решалой» проблем в Беларуси
  10. Украинские пограничники отреагировали на «предупреждение» беларусских: «Лучше бы они предупредили свою главную провокацию»
  11. «Честно? Всю Украину надо забирать». Поговорили с экс-вагнеровцем, который после мятежа Пригожина жил в Беларуси и вернулся на войну
  12. Пропаганда пыталась очернить Польшу — но, похоже, тем самым признала, что в Беларуси есть концлагеря и «фабрика смерти». Вот в чем дело
Чытаць па-беларуску


Скоро месяц, как россиянам вручают повестки на «специальную военную операцию». После объявления мобилизации у соседей многие белорусы стали опасаться, что она коснется и нашей страны. По мнению несколько лет назад служившего в армии Владислава, это «вопрос времени». Он сейчас «на чемоданах» перед отъездом в Польшу, а еще два наших собеседника уже там. Почему белорусские мужчины опасаются мобилизации в нашей стране и почему не готовы на нее идти. Публикуем их истории.

Родные провожают мобилизованных россиян. 26 сентября 2022 года. Фото: Reuters
Родные провожают мобилизованных россиян. 26 сентября 2022 года. Фото: Reuters

Все собеседники попросили изменить их имена в целях безопасности.

«Повестку просто присылают на работу по факсу, и никуда от нее не денешься. Подумал: хватит»

Еще в марте 28-летний айтишник Дмитрий на время выехал из Беларуси из-за войны в Украине — «переждать» на всякий случай. Через месяц он вернулся. В начале сентября решил все же переехать в Польшу.

— Внешне все вроде бы было спокойно в Беларуси, но обстановка все накалялась и накалялась, а потом коллегу вызвали на сборы, — рассказывает молодой человек. — Я сам на них тоже был год назад, да и до этого сталкивался с ситуацией, когда повестку просто присылают на работу по факсу и никуда от нее не денешься. И подумал: все, хватит. В августе сделал запрос на работе и на сентябрь наметили мой отъезд. Успел оформить документы и работаю официально теперь тут.

Из Польши он еще навещал родителей, собирался это делать и дальше. Но, когда в России объявили мобилизацию, приехал домой, чтобы «закрыть все дела» и уехать.

—  Многие друзья еще после протестов поуезжали. Я каждый раз находил аргументы, чтобы остаться: родные тут, мне нравится в Беларусь, имущество какое-то есть. Да и в 2020-м я думал, что мы построим себе здесь хорошее будущее. Но слишком большие издержки: могут уйти иностранные компании — мне придется работать не в IT, а в какой-то другой сфере, которая мне не нравится. И безопасность важнее всего. Какой толк, если меня отправят на войну и я там погибну? У нас еще хотя бы есть выбор, а у украинцев его нет: к ним пришла война, и их особо не спрашивали.

Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Дмитрий — офицер запаса. Хотя в армии он не служил — за плечами военная кафедра в вузе. Парень посчитал, что может попасть под мобилизацию, если в Беларуси ее объявят следом за Россией.

— У нас аэродромы работают, через нас поставляли технику в Украину, через наши границы туда прошли войска. Был бы другой расклад в начале войны, нас бы тоже могли втянуть в это, — объясняет айтишник, почему видит для себя такой риск. — С этим Союзным государством и текущим руководством нет никаких гарантий, что мы не будем вовлечены в войну. То, что сейчас происходит, — воля случая и желание конкретных людей, считающих, что пока «все нормально» и не надо этого делать. В любой момент могут передумать. Или тайком затаскивать на сборы — как и «специальная военная операция» началась. Многие же, кого украинцы в марте брали в плен, говорили, что просто на сборах были и не знали, что находятся в Украине. Может, их научили так говорить, а может, так и было на самом деле. Все это заставляет просчитывать пути.

По мнению собеседника, несмотря на заявления украинских и белорусских чиновников, что наша страна не станет направлять свои войска на помощь России, в данный момент риск вступления Беларуси в войну все же очень высокий. Он не хочет ждать и проверять, сбудется ли его прогноз.

— Мое предположение — 80%, что это произойдет. Вот Кац за 10 дней до начала СВО сказал: «Ой, какая война?! Очень маленькие риски» (слова о том, что войны не будет, звучали в видео на канале Максима Каца, например, 12 февраля. — Прим. ред.). А потом: «Ой, извините». И вот на днях он выпустил видео про Беларусь, поэтому я бы сказал, что можно отсчитывать с этого момента дней десять (смеется). С сегодняшними новостями… Вот у одного — операция, и у другого была операция — почему нет? (речь о Владимире Путине, который назвал нападение на Украину специальной операцией, и о Александре Лукашенко, который 14 октября заявлял о начале «контртеррористической операции». — Прим. ред.) С каждым днем успехов для России все меньше, Крымский мост подорвали — у российского руководства немножечко «подгорает». Надо же как-то оправдываться. Наверное, ракет по мирным городам будет мало, поэтому такой риск вполне реален.

И если они сомневаются в течение дня, объявлять режим контртеррористической операции или нет, какие-то такие разговоры, возможно, идут. Плюс «турне» по предприятиям, на сборы людям повестки приходят… Для меня непонятно, как этого избежать нашему текущему руководству, если они хотят остаться у власти и при этом дружить с Россией. Поэтому окончательно решил уехать. Чтобы не быть в постоянном ожидании, что кто-то что-то там объявит. Потом может стать уже слишком поздно.

Собеседник считает, если будет приказ поддержать Россию в войне, белорусы в большинстве своем не пойдут на это и выступят против:

— Думаю, что риск посидеть в тюрьме более приемлем, чем риск умереть. К тому же у нас люди не так массово верят телевизору. Может, старшее поколение это и поддержит, но те же военные — они не так хорошо живут. Когда я был на сборах, ходили разговоры из серии: «Лучше я пойду в российскую армию, там лучше платят». В армии, по моим наблюдениям, чем выше руководящий состав, тем больше он звучит как телевизор. А офицеры уровня полковников — в основном адекватные люди. Встречаются редкие исключения, но с ними можно нормально разговаривать. Может, они были бы рады, если бы в Беларуси в 2020-м все получилось.

Резервисты, призванные во время мобилизации, на церемонии отправки на военные базы в Севастополе, Крым, 27 сентября 2022 года. Фото: Reuters
Резервисты, призванные во время мобилизации, на церемонии отправки на военные базы в Севастополе, Крым, 27 сентября 2022 года. Фото: Reuters

Сам Дмитрий однозначно не собирается участвовать в каких-либо военных действиях, даже если они будут происходить на территории Беларуси. По его мнению, в таком случае границы на выезд закроют и у оставшихся в стране людей не будет возможности не попасть под призыв.

— Мы же тут не Родину защищаем, а конкретных людей, которые это начали. Я против войны и не хочу ни за кого воевать. Если бы напали на нас и я поддерживал идеалы государства, в котором живу, знал, что мы побеждаем врага, естественно, я бы пошел воевать за свою страну. Но когда один человек решил «восстановить историческую справедливость», с которой я в корне не согласен и из-за которой люди тысячами гибнут — нет, в этом участвовать я не хочу. Поэтому пусть сами разбираются с тем, что придумали. А если реально нападут на страну — ее есть кому защитить: нагородили же штат силовиков, контрактников. Тем более, если следовать официальным заявлениям, к нам пошлют российских солдат помогать. А мне моя безопасность важнее. Я ценю больше личные интересы и людей, которые от меня зависят, чем какую-то там идеологию.

Молодой человек говорит, что для себя на ближайшее время дорогу в Беларусь закрыл — говорит, что рискнет пересечь границу еще раз лишь в случае крайней необходимости:

—  Только если будет совсем все плохо и границы на въезд будут открыты, по экстренным случаям к родным я приеду — забью на свою личную безопасность. Потому что какой толк мне от нее, если я останусь один? А так, я себя уже настроил, что до лета следующего года точно не выезжаю из Польши. Если ситуация и потом будет ухудшаться, наверное, буду разрывать связи с Беларусью и обустраивать свою жизнь в другой стране.

Резервист прощается с родственниками и друзьями перед отправкой на военную базу в Севастополе, Крым, 27 сентября 2022 года. Фото: Reuters
Резервист прощается с родственниками и друзьями перед отправкой на военную базу в Севастополе, Крым, 27 сентября 2022 года. Фото: Reuters

«Они договорятся скорее наших отправить на убой, чем последние силы из России вытянуть»

Когда в России объявили мобилизацию, Игорь с супругой второй день отдыхал за границей. Эти новости мужчину встревожили, он прервал отпуск, вернулся в Беларусь, подготовил документы и через пару дней был уже в Польше. Мужчине 33, когда-то он откосил от армии, но к службе годен, поэтому подумал, что возвращаться домой и оставаться в стране для него больше небезопасно.

— Доверия никакого к властям нет, понятно, в какой ситуации находится страна, и у меня сработала чуйка. А судя по тому, как мобилизация проходила в России: необязательно, чтобы ты служил, состояние здоровья и возраст не особо учитывают — предположил, что у нас может быть то же самое. И решил, что возвращаться бесполезно. Сидеть прятаться в Беларуси в какой-нибудь деревне — несерьезно. Что там делать, как жить, как работать? Если можно нормально устроиться в нормальной стране. Сначала я хотел вообще домой не заезжать, но из Польши было бы очень долго делать доверенности. Поэтому все же приехал, разобрался со всем за один день и уехал.

Совсем недавно Игорь женился. Пока в Беларуси остаются его жена, родители, кот и квартира. Супруга сейчас делает документы для выезда и скоро приедет к нему, а с котом вопрос: пара переживает, что с животным будет сложно найти жилье, поэтому питомец пока остается дома. Сам мужчина уже обустраивается в Польше.

— Я давно учил польский, просто не было желания переезжать. А после событий 2020-го, нынешней ситуации уже нет сил. Тем более работы в моей сфере (я строитель) становилось все меньше, появились задержки по оплате, цены в магазинах растут, — объясняет Игорь, что его подталкивало к переезду. — Денег, что накопил, на первое время тут мне хватит. А так, у меня высшее образование, большой опыт, думаю, найду работу. Если не по специальности — хотя бы временную какую-то в другой сфере, чтобы не проедать свои заначки.

Игорь рассказывает, что среди своих знакомых он единственный, кто годен к службе в мирное время, поэтому и решил уезжать прямо сейчас. Но многие не поняли его решение, хотя никто не поддерживает войну:

— Некоторые говорили: «Да все спокойно. Почему ты так волнуешься? Приезжай, войны не будет». Какие-то знакомые из армии говорят, что все в порядке, «никакую мобилизацию не объявят». Но я читаю новости — и это приближается и приближается. Контртеррористические операции какие-то собираются проводить — уже не очень хороший звоночек.

Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Мужчина говорит, что будет стараться забрать в Польшу и родителей. Он опасается, что в стране могут начаться боевые действия, и объясняет, почему сам резко против мобилизации белорусов:

— Родина — это страна, а не президент или люди, которые не думают головой и делают то, что им выгодно. Если бы кто-то напал на нашу страну еще до событий 2020 года, я бы, скорее всего, никуда не уехал. Но после того, что у нас происходило, нет желания воевать за такую страну и такое государство. А я уверен, что риски вступления Беларуси в войну — высокие, больше чем 50 на 50. Судя по тому, что говорит и как себя ведет Лукашенко, по тому, что в России явные проблемы с военными, особенно более опытными, есть риск, что они договорятся скорее наших отправить на убой, чем последние силы из России вытянуть.

— Отправят, думаю, всех: и срочников, и обычных людей. И часть наших пойдет — особенные, с «прополощенной» головой. Они же били людей на митингах, арестовывали и издевались над ними. Но именно на боевые действия сразу вряд ли будут отправлять тех, кто любит нашу власть и более-менее имеет опыт. ОМОН и ГУБОПиК точно не тронут. Уверен, Лукашенко нужно, чтобы какой-то контингент мог тут его защитить, а защита, думаю, ему понадобится, если пойдут черные пакеты в Беларусь. С другой стороны, те, кто мог на митинг выйти или что-то более-менее существенное сделать, уже давно уехали из страны и остались те, кого в принципе все устраивает…

В ближайшем будущем Игорь не собирается возвращаться домой и какое-то время собирается строить свою жизнь за границей:

— Я приеду, только если нужна будет помощь. Я имею в виду, если начнутся какие-то серьезные протесты и власть будет на грани — тогда, конечно, вернусь. Но даже если поменяется власть, несколько лет я, думаю, все же поживу в Польше, чтобы закончить вопросы с документы, которые уже начал. А потом готов вернуться. Даже, скажем, пожертвовать каким-то благополучием финансовым, чтобы развивать свою страну.

«Если Лукашенко говорит, что чего-то не будет, значит, наоборот, это случится»

Владиславу 26 лет, у него сержантские погоны после службы в армии и маленькая дочь. Мобилизации в нашей стране он ждал еще с конца февраля, но потом «все подутихло». А когда в середине сентября ее объявили у соседей, решил уехать из Беларуси и начал делать визу. Молодой человек считает, что начать призывать мужчин могут и у нас:

— Я служил во внутренних войсках, не в вооруженных силах. Стрельбы у нас часто были, поэтому опыт какой-то у меня есть и то, что я сержант, увеличивает шансы попасть под призыв в первых рядах. Я привык слова Лукашенко отзеркаливать, ничего правдивого в них не бывает, поэтому мобилизация — это просто дело времени. Если он говорит, что чего-то не будет, значит, наоборот, это случится. И если сразу после начала войны мы тоже думали уехать, но не было возможности, то сейчас я сначала перееду сам, а потом перевезу семью.

Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Влад тоже считает, что вероятность вступления Беларуси в войну в Украине — высокая. Эти выводы он делает в том числе из своего опыта общения с людьми из армии.

— Контрактников, срочников однозначно первыми заберут, их никто и спрашивать не будет, — рассуждает он. — Хотя весь арсенал Беларуси исчерпывать невыгодно, именно поэтому, думаю, Лукашенко и боится военного сценария: мы и так маленькие, а терять армию в стране ему не очень хочется. Но когда в войсках люди будут заканчиваться — будут мобилизовать дополнительно людей. Поначалу, возможно, будет скрытая мобилизация, а может она уже и идет. Тревожные нотки каждый день поступают, в нашем так называемом правительстве то одно говорят, то другое, и мне кажется, это какое-то бессилие, страх перед выполнением обязательств, на которые Лукашенко, возможно, пошел перед Россией за сохранение своего «трона».

Я не хочу верить, что мы будем воевать на стороне России, но понимаю, что в наших войсках и милиции много людей, не до конца понимающих ситуацию. Идеологическая работа им сильно затмевает разум. Идеология в армии была все время, но я ее пропускал мимо ушей. А очень многие из глубинки считают, что политика «нас не касается» и что «телевизору надо доверять». Есть люди с мнением «А что я могу сделать?! Скажут — пойду». Хочется верить, что это только старшее поколение, которое грезит по Советскому Союзу, но, думаю, найдутся такие и среди молодежи из-за неосведомленности, нежелания разбираться и привычки «кушать то, что дают». И это катастрофа для наших взаимоотношений с украинцами. Они и так не на лучшем уровне, а если мы вступим в войну, это будет полный крах на многие поколения вперед.

Нападение Украины на Беларусь Влад считает нереалистичным — говорит, что ни одна ракета с 24 февраля в нашу страну не упала, украинцам нужно сейчас защищать свою страну. Еще парень предполагает, что соседнее правительство понимает уровень репрессий и отделяет власть от белорусского народа:

— Лукашенко слишком преувеличивает нашу значимость. Для меня это абсурд. И защита Родины — это одно. А тут другое — когда тебя, не спрашивая, отправят на путинскую войну. Если бы меня призвали по мобилизации, где-то схватили, я бы ни за что не пошел в Украину — лучше отсидеть в тюрьме. Такая вероятность пока остается, потому что я еще не получил визу. Но буду делать все, чтобы этого не произошло. Еще я думаю, у нас могут объявить мобилизацию, чтобы до конца выдавить из страны оппозиционно настроенных людей. Из России ведь в большинстве уехали те, кто не поддерживает это. Это люди, которые потенциально могли выйти на митинги. Поэтому власти там и не закрывали границы: «Своих дурачков мы и так наберем».

(Границы в России на самом деле не закрывали, но многие мужчины сталкивались с проблемами при выезде и не смогли покинуть страну. О нескольких таких случаях можно почитать здесь, здесь и здесь. — Прим. ред.)

Родные и друзья Влада в решении уехать поддержали, а на работе он в подробности увольнения не вдавался, поэтому не знает, как отреагировали бы коллеги, «неинтересующиеся политикой». Вариант скрыться где-то в глуши в Беларуси и скрываться молодая семья не рассматривала:

— У меня работа не удаленная, а уровень заработка сейчас не тот, чтобы пойти и свободно купить ноутбук, оплатить какие-то курсы и спрятаться. Да и за ребенком нужно было бы смотреть, если жену отправить на работу. Поэтому жить где-то не дома, не по прописке мне не подходит. А вообще, я не хочу уезжать из своей страны. Мы с женой учим дочь белорусским словам, она уже хорошо повторяет «я цябе кахаю». Вы не представляете, насколько я счастлив, когда слышу ее детский голос и белорусскую мову — просто взрыв эмоций внутри! Но, к сожалению, именно из-за страха за семью и их благополучие я и вынужден уехать.

Фото: TUT.BY
Военный билет в руках у солдата. 20 ноября 2015 года. Фото: TUT.BY

Переезд финансово для семьи Влада тоже дается нелегко: деньгами помогли родители. Когда устроится на работу после переезда, парень собирается их вернуть близким. Сейчас он настраивается на то, что первое время будет много работать, ну и надеется на лучшую жизнь в другой стране:

— Многие мои знакомые уже уехали, и все поголовно говорят, что на заводе или складе в той же Польше, Германии к людям относятся лучше, чем у нас, по заслугам можно получать вознаграждения. А тут за пять лет работы я на своем месте не заметил перспектив карьерного роста, хотя на труд не скуплюсь, все делаю качественно. Стараешься, стараешься, а руки опускаются.

На самом деле моя жизнь с 2020 года перевернулась. Хочется не смотреть на цены в магазине, не покупать на скидках, а я стал очень экономить. Меня напрягает, что в 26 лет мне нужно переживать, а вдруг завтра ядерная война или мобилизация. Я никогда не думал, что буду размышлять о таких вещах. Хочется не переживать, банально, как памперсы в цене взлетели, и концентрироваться на семье. А все становится хуже и хуже.

Когда будет возможность, Влад собирается вернуться домой. Пока сам старается перейти на белорусский язык и строит планы о том, как его семья будет жить в Беларуси. Но не загадывает конкретные сроки, когда это случится.

— Лучше зарабатывать деньги в другой стране, чем идти убивать. Да, мы с женой будем друг по другу скучать, но продержимся. Оно того стоит. Хоть у меня какой-то пессимистический настрой, я все равно верю, что Беларусь будет свободной и Украина победит в этой войне. Хоть вокруг у людей я и не вижу такой же веры, — заключает собеседник.